Мокрая

Наша Таня громко плачет. Нет, не плачет, а лихо скачет. Скачет, сидя верхом на мне. Ее пизда хлюпает, когда она насаживается на хуй. И со свистом втягивает в себя воздух, когда она соскальзывает с него. От скачки Таня раскраснелась, капельки пота блестят на носике, на губках, на титечках.

Началось все прозаично. Таня, девушка лет двадцати пяти, наша новая сотрудница, принимала участие в попойке по поводу очередного отпуска. Отвальная, короче. Шеф расщедрился и подписал отпуск сразу троим: мне, Тане и еще одному перцу. За столом делились планами на отпуск. У меня было желание покинуть цивилизацию и провести какую-то часть отпуска на островах. Добираться туда надо было на лодке. Это у меня есть. Компания там из года в год подбиралась своя.

Мечта! Когда уже расходились по домам, Таня потянула меня за рукав и попросила проводить ее, сказав, что нам надо поговорить. Весь смысл разговора свелся к ее просьбе взять Таню с собой на острова. Мне не жалко. Только не хотелось брать на себя обузу в виде хнычащей феминки и я решил ее припугнуть. Рассказы о комарах, ночевке в палатке, возможной непогоде и прочих неприятностях туризма ее не напугали. Вздохнул и сказал, что пусть собирается, но домой попадем только после полного исполнения программы нашего отдыха. Посоветовал, что брать с собой и попросил ее зайти в аптеку, закупить большую партию презервативов.

— Это зачем? — удивилась она.

— Мы будем на острове. Я — Робинзон. Ты — Пятница. И это не значит, что я буду тебя трахать только по пятницам. Я буду тебя трахать ежедневно, а может и по несколько раз в день. Ты же не хочешь забеременеть.

Думал, что хоть эта перспектива ее напугает. Ничего подобного. На остановке расстались и я предупредил, что заеду за ней в восемь утра, что бы была как штык. Если передумаешь, вот мой телефон — позвони. За вечер звонила несколько раз, уточняя, что брать — что не брать.

Утром Танечка стояла у подъезда с баулом, что челноки возят из Китая. Разместили баул в машине и поехали на лодочную станцию, перегрузили вещи в лодку, перегнал машинку на стоянку, навесил моторы и в путь. Моторы сыто урчали, толкая «Прогресс», Танечка с любопытством вертела головенкой, рассматривая берега. Дал ей бинокль. Визгу, как от маленькой ссыкухи.

Таня оказалась девочкой решительной и без комплексов. Стянула с себя джинсики, кофточку. немного подумав, стянула и лифчик. Титечки ее напряглись, сосочки набухли. Она гордо посматривала на меня, ожидая реакции. Потрепал ее по титечке, погладил попу и сказал, что Робинзоны тоже люди и могут не стерпеть, причалят к ближайшему берегу и выебут Пятницу. на полном серьезе поставила в известность, что презервативов закупила достаточное количество, что если у меня возникла эрекция, то я могу заняться сексом хоть сейчас.

Она понимает, что мне надо сбросить напряжение. Свое удовольствие она стрясет с меня позже, а пока готова подставить пипку под моего жеребеночка. Предложение было заманчивым и я, приткнув лодку к берегу, потянул Танечку к себе на колени. Она распотрошила сумку, достала презерватив, ловко одела его на стоящий член и уселась на него, закрутила попой, насаживаясь и раскачиваясь. Доставить Танечке удовольствие не стремился, но она успела. Отправили использованный гондон в плавание по реке и продолжили путешествие.

Таня поведала, что заводится быстро, кончает тоже, любит, когда ласкают левую грудь. Клитор очень чувствительный, поэтому трогать его не надо, наступает обратная реакция. Оральным сексом занимается и сама любит ласки языком, особенно когда в это время ей вставляют палец в попу. Кончать может бесконечно даже от простого массажа пипки. Ввела меня в курс дела. Попросила рассказать о моих предпочтениях. Сказал, что в сексе приемлю все. Люблю доставлять женщине удовольствие. С одинаковы азартом сую свой конец и в пизду, и в жопу. Важен сам процесс, а не его финал. Кончить можно всегда, а вот продолжать игры до изнеможения — высший пилотаж. Характерами мы с Танечкой сошлись.

На острове оказалась только одна пара знакомых бродяг. Вадик с женой ходили в чем мама родила. Радостно приветствовали нас, обнимашки, поцелуи. Попросили познакомить с моей пассией. Так и представил — моя Пятница. Тане было диковато наблюдать, как голая тетка обнимает меня, подставляет свои тайные места для поглаживания, нравы здесь, конечно, свободные, но чужих подруг не ебем. Хотя можем и ущипнуть за попу, погладить пизденку или подставить под такие же прикосновения конец. Объяснил Татке расклад и принялись за обустройство быта.

Разделся, предложил раздеться и Танюшке. Вначале дичилась, потом разделась. Вадик прокомментировал красоту ее тельца, сравнив с немного располневшей женой. Получил шлепок по спине и обещание диеты на пару дней. За встречу выпили, пошли купаться.

Танька в воде чувствовала себя дельфином. Точнее — русалкой. Это была ее стихия. Я уже давно лежал на берегу, а она все резвилась. Вышла мокрая, запыхавшаяся, собачьим движением стряхнула воду с волос. Упала рядом. Смачно поцеловала, поблагодарила за такой чудесный отдых. Лежали, разговаривали, расспрашивала о друзьях. Рассказал, что знал. Они поплыли в ближайшую деревню за покупками. Пока что мы были одни на целом острове. Танька куда-то сходила. Видимо приспичило пописять.

Пришла, легла рядом и принялась играть вяленьким члеником. В опавшем состоянии он у меня становится слишком уж малюсеньким, а когда встает, выдает все семнадцать см. Ее поразила такая разница. И под ее умелыми ласками эта разница дала о себе знать. Перевернул Таньку на спину и с размаху попал куда нужно. Напяливание презерватива у Таньки происходило быстро. К моменту попадания в дырочку, член был полностью упакован.

Немного покачался на своей Пятнице, вышел из нее, сполз пониже. Захватил губами левый сосочек и принялся ласкать. Таньке было не просто приятно, а очень приятно. Она стонала, ее корежило, раскрытый рот хватал воздух. От титечки сполз к животику, потом к бедрышкам, раздвинул губки и поцеловал их, стараясь не задевать клитор. Танька плыла. Она кончила уже раза два, это точно. Лаская пипку, просунул в попу пальчик. Она взвизгнула, завертела задом, стараясь насадиться поглубже, сильно сжала бедра, придавив мне голову, и мощно разрядилась.

Ноги Таньхи уже расслабились, а по телу все продолжали пробегать судороги. Глаза были закрыты, по щекам текли слезинки. Слизывал с Танюшкиных щек капельки, целовал губки, глазки, носик. Она порывисто вздохнула, открыла глаза, молча ухватила меня за шею и притянула к груди. Целовала куда-то в ухо, что-то шептала, жарко дыша. Потом взяла мой конец и умело вставила в себя.

Через минуту — полторы пожаловалась, что ей на спину давят камни. Поставил на коленки. Все одно больно. Тогда посадил на себя. Пока распалялся, Танюшка кончила еще раз, упав мне на грудь и кусая за сосок. Решил оставить сперму на вечер и стянул с конца презерватив. Танька сказала, что я не могу кончить из-за презерватива. Быстро повернулась ко мне задом, согнулась, упершись в коленки руками и выставила пипку, попросила только не кончать в нее.

Вытащил член и только собрался кончить Танечке на спинку или попку, как она резво развернулась и приняла всю порцию спермы в ротик. Высосала все до капельки, довольно урча. И даже пожалела, что на реке пропала добрая порция сего ценного продукта. Пообещал впредь подкармливать свою Пятницу.

Вадик с женой приплыли почти к вечеру. Было прохладно и мы оделись. Да и комарики захотели получить свою порцию на ужин. Вечером посидели у костра, поболтали и разошлись по палаткам. Особого желания ебать Танюху не было, но Вадик завозился в своей палатке, раздались стоны его жены, Танька с интересом приподняла голову, прислушиваясь, а рука ее уже нырнула мне в трусы. Презерватив даже не доставали. Заканчивая ебать Таньку, стоящую на четвереньках и чуя приход, развернул ее к лесу задом, а к хую передом и, всунув в рот, немного поебал ее и кончил. Спать легли умиротворенные.

Дальнейший отдых превратился в сплошную еблю с перерывами на купанье, спанье и еду. Танюшка оказалась изобретательницей и мы буравили ее попу, долбили ротик, рвали пипку в различных позах. Вадим с женой уже убыли в город, мы были единственными владельцами острова. Ловил Татку в кустах и там ебал. Ловил в воде и ебал, не выходя на берег. Старался не кончать. Хуй одеревенел и уже ничего не чуял. Даже испугался, что так и задеревенеет. Татка при каждом удобном случае старалась подставить свою пизденку под мои губы и язык, посчитав мою манеру исполнения такой ласки бесподобной.

Погода испортилась. Пришлось свернуть палатку и отчалить от гостеприимного берега. Довез Татку до дома, распрощались. Вечером смотрел телевизор, зевал, раздался звонок в дверь. Кого еще принесло, на пороге стояла мокрая Татка, с зонтика и волос стекали капли дождя.

— Знаешь, я подумала, что мы использовали еще не все презервативы, жалко же, вдруг пропадут…

Молча обнял, пропустил в квартиру, отобрал и отбросил мокрый зонтик, подхватил на руки и понес в спальню.