Сижу на лавочке и медленно теку. Причина банальна. В метро меня придавило задом к какому-то мужику, а у него в том районе не то берданка, не то отбойный молоток. Разобрать не успела, меня выдавило на Кропоткинской, и, обернувшись, я увидела в окно вагона совершенно равнодушное лицо мужчины с шестидесятилетним стажем, уткнувшимся в какую-то рекламную хрень, что обильно раздают на входе в метро.
Эх, зачем же вы, сударь, лезете в толчею с такой огромной штуковиной, если она у вас не работает? Создаёте проблемы окружающим. Полицию бы на вас натравить!
Вот теперь я, вместо того чтобы ехать на лекцию, сижу на скамейке и ем эскимо на палочке. Не просто ем, а вкладываю всю душу в процесс. Вот ещё один остолбенело на меня посмотрел, но уже понятно, что кроме любящей супруги, с трудом влезающей в проём лифта, секс у него бывает только с постоянно текущей раковиной на кухне.
Время идёт, я уже никуда не тороплюсь. Смакую мороженое, считая проходящих мужчин. Сколько их прошло мимо уже? Двадцать два, кажется. Все только смотрят, и никто не решается подойти и сделать мне замечание!
Кто-нибудь может мне объяснить простую вещь: почему мужики всегда чего-то выжидают? Толи с моря погоды, толи знака свыше! Или они ждут, когда я первая подойду и скажу, чтобы меня немедленно отвели в парк и изнасиловали всей толпой? Конечно, я так никогда не скажу. Хотя бы потому, что у меня нет с собой столько презервативов.
Да, тебя спрашиваю, очкастый! Если бы ты увидел на горизонте ядерный грибок, ты подошёл бы и изнасиловал меня? Схватил бы ты меня за волосы и надел бы мою голову на свой уже никогда тебе в будущем не понадобящийся член? А потом упёр бы меня головой в лавку и взял бы сзади, разорвав колготки?
Думаю, нет. Ты бы побежал в бомбоубежище спасать свою унылую жизнь. Перед тем как тебя накрыло бы ударной волной, ты бы вспомнил всю череду своих жизненных событий и понял бы ужасную вещь: никогда в твоей жизни не было такого яркого момента, какой бы тебе могла подарить Я на этой лавочке!
А, ну да, был! Покупка финских прокладок к раковине! Не обсуждается!
Погрузившись в эти невесёлые размышления, я не заметила, как доела мороженое и продолжала сидеть и облизывать палочку. Ладно, пора валить. Успеть хотя бы ко второй лекции.
Я достала косметичку посмотреть, что там у меня с лицом после мороженого. Профессионально заценила не только свою физиономию, но и оглядела заднюю полусферу. Маньяки обычно подкрадываются сзади, и нужно успеть расслабиться и получить удовольствие.
Никого! Вернее, никого, кто бы походил на маньяка. То есть по сути ничего, вызывающего доверие. Кроме здорового дедка в косухе и клёпаных штанах. Дедок, кстати, смотрит на меня. Нет, хватит, метро мне хватило. Опоздала на лекцию, а этот носитель висящего отбойного молотка хоть бы улыбнулся! Так и поехал дальше, уткнувшись своим волосатым носом в жёлтую прессу. Вы бы так сделали, проехав целую остановку с женщиной в позе «стоя сзади»? Да? Ну и времена настали.
Тут я ощутила, что солнце немного померкло. Надо мной возвысился недавний дедок из зеркала. Нихрена себе — у меня зеркало, оказывается, уменьшает размеры. Косая сажень в плечах, весь такой крепко сбитый и вообще не похож на развалину. Хотя судя по лицу — 65 точно есть. Небольшой животик. Больше придраться не к чему.
— Вы не хотите со мной прогуляться?
— Вы сумасшедший? Да, я просто мечтаю об этом! Это моё самое сокровенное желание!
Я невольно расхохоталась, встала, одарила дедка ослепительной улыбкой и пошла по улице в сторону Остоженки. Пройдя 50 метров, я подумала, что пора остановиться и посмотреть, что делает этот перезрелый ловелас. Вот только как это сделать непринуждённо.
Я подошла к очередной бабке, раздающей рекламу, взяла листок и уткнулась в него, делая вид, что читаю. Постепенно с небольшой угловой скоростью я начала разворачиваться в обратную сторону и, глядя исподлобья, начала искать глазами дедка. Его не было!
— Так как насчёт прогулки? — раздался сзади его бархатный баритон.
Вот дьявол! Я выронила листок из рук и резко повернулась к нему. Чёрт в косухе! Нахрена так пугать! Он улыбался белоснежной металлокерамикой! А дед-то явно не промах. Сколько молодых прошло мимо, и никто не решился даже слова сказать. Этот сказал две простых фразы, и вот я уже стою перед ним и мнусь в нерешительности.
Мы шли по улице, и он мне рассказывал какую-то историю из своей жизни. Рассказывал довольно сносно. Не сказать, чтобы я успела заскучать. В общем, на этой лавочке он познакомился со своей первой любовью. Потом вроде как у него была война в Афганистане, потом он пробыл 6 лет в плену у душманов. Вернулся по обмену пленными с Таджикистаном. Любовь давным-давно вышла замуж, и, встретив её снова, он понял, что выжил только из-за неё. Столько раз ему хотелось, сидя в яме по пояс в грязной воде, перегрызть себе вены, но он не делал этого, надеясь увидеть её снова. Он не мог уйти, не увидев её.
Она его не узнала, долго вспоминала, потом наконец вспомнила, выпила с ним чашку кофе и свалила по своим делам. «Спасибо за кофе, пока!» Он остался сидеть за столиком, соображая, как бы проще свести счёты с жизнью.
— Она спасла мне жизнь. Не сделав ничего. Просто проведя тот незабываемый вечер со мной на лавочке. У нас ничего не было. Мы не успели. Время было другое, секса не было. Была любовь! Зато какая это была Любовь! Мы встречались три вечера подряд на этой лавочке. На четвёртый день нашу часть перебросили в Таджикистан. Я служил прапорщиком.
Да уж, подумала я. Сначала спасла, потом чуть не убила. Ну вот такие мы! А как прожить 6 лет без секса? В следующей жизни родишься женщиной и узнаешь, как сносит башню, когда в тебя входит твёрдый горячий член. Даже просто мужик меня обнимает своими мускулистыми ручищами — и я уже схожу с ума. Вы думаете, что женщина может устоять? Такие утешительные мысли у вас возникают потому, что большинство из вас нерешительны и пугливы. Что поделать, сильный пол! Имеете право на слабость!
Дедка звали Геннадий Петрович. Мы поднялись пешком на третий этаж его дома сталинской постройки. В прихожей было темно, я на ощупь стала расстёгивать пальто и почувствовала, как он нежно снял его с меня, когда я закончила, и повесил на вешалку.
Мы прошли в комнату, я опустилась перед ним на колени и стала расстёгивать ему ширинку. Слава богу, дед не стал меня останавливать и снова рассказывать про особенности секса в СССР. Да, дедок явно не промах.
Хотя нет, промах! Мой второй уже промах за сегодняшний день. За 20 минут минета член увеличился в размерах до более-менее приемлемого, но продолжал висеть как прежде. Часы показывали полдесятого. Член — полшестого! «С утра — разгон облаков и установление хорошей погоды. Затем сразу — подвиг!» Неплохое было бы начало дня. Вместо этого — второй облом за утро. Ну всё, пора, наверно, валить.
— Геннадий Петрович, я, наверно, пойду. Дел по горло. И вообще поздно уже.
Для смягчения неказистой ситуации я снова взяла головку его члена в рот и провела несколько раз языком по кругу. Вдруг на кухне что-то загремело. По ощущениям — посуда.
Я отпрянула и встала.
— Не бойтесь, это моя престарелая мать. Она обед готовит.
Боже, как меня сюда вообще занесло? Что у меня с головой? Секс меня погубит, я давно это поняла. Вечно как приспичит — начинаю беспредельничать. То к себе таскаю первых встречных, то по чужим затхлым квартирам беру в рот не пойми у кого. Ну не могу я совладать с собой в состоянии возбуждения. В жизни я нормальная, по сравнению с некоторыми даже скромная, но как начинаю течь — у меня в голове только мужские члены. Которые меня имеют во все щели. Они приближаются ко мне со всех сторон и жалят меня как стая пчёл. Делая во мне всё новые и новые дыры. И каждая новая дыра наполняется влагой. Пора лечить голову. Вот за каким чёртом я сюда пришла? Отсосать вялому у старика? А зачем мне это? Вопрос вопросов!
Как бы не так! Это сейчас я расстроилась и остыла, а ещё в коридоре мне не терпелось стянуть с него его замызганные клёпаные джинсы.
Дедушка взял меня за плечи и посмотрел мне прямо в глаза. Что-то жутко хищное в них сверкнуло. Он не улыбнулся хищным оскалом, нет. Просто глаза сверкнули какой-то внутренней искрой. Затем он мягко, но настойчиво подтолкнул меня к разобранному дивану. Не успела я на него лечь, как он ловко стянул колготки, затем влажные трусы и приблизился лицом к моей насквозь промокшей вагине.
Я откинула голову на подушку, ожидая третьего облома. Бог любит троицу и дураков! Себя я почему-то чувствовала именно последней. Сейчас он меня доведёт до исступления, а потом я весь день буду ёрзать по стулу на факультете, пытаясь это исступление потушить.
Хотя надо отдать должное — начал он неплохо. Нежно и вместе с тем настойчиво. Его темп нарастал медленно, я возбуждалась гораздо быстрее. Мне уже хотелось пожестче. И вдруг я почувствовала, как будто их там стало двое. Неужели он полез туда пальцами? Он ведь, кажется, даже руки не помыл.
Я подняла голову и посмотрела на то, что там происходит. Нет, обе его руки держали мои ноги. Значит, клитор он мне ласкает носом? Тоже вроде нет. Нос лежит на лобке и только раздувается с определённой частотой.
Тут я поняла, как на самом деле бывает пожестче. Мне такого не снилось даже в самом суперэротическом сне. Что-то стало пронзать меня насквозь. Давить на клитор и одновременно с обратной стороны — на внутреннюю стенку лобковой кости. Давить и с бешеной скоростью ласкать. Это было настолько нестерпимо мучительно приятно, что первый оргазм накрыл меня с головой. Я заорала, и руки мои судорожно схватили его за голову. Бёдра, бока, спина, промежность вошли в незабываемый спазм, который снял с меня все грехи. В том числе и первородный!
Я лежала на его диване с ногами у него на плечах и судорожно дышала. О боже, кто он? Дьявол? Нет, это просто Бог! Именно таким я себе тебя и представляла. В грязной косухе с вялым членом, но способным поднять женщину за две минуты на седьмое небо. Где он сам и обитает!
Мы оба поняли друг друга, что я готова на второй раз. Готова? Я его убью, если он не сделает это второй раз! А если он не выдохнется и сделает третий, я подыму его вялого, чего бы мне это ни стоило, и проглочу всё до капли. Высосу как лимон!
Я кончила 8 раз за полчаса, и с каждым разом я всё больше и больше теряла ощущение реальности. Квартира превратилась в фешенебельный отель на Карибах, дедок — в молоденького массажиста, зашедшего ко мне в номер сделать массаж ступней, но слишком увлёкшегося.
Вернул меня к жизни 9-й оргазм. Я закричала как ненормальная, но вдруг дверь распахнулась, и на пороге показалась старуха лет 80-ти с кухонным ножом и полотенцем. Я резко подняла голову, попыталась сомкнуть ноги, но он напряг руки и не дал мне этого сделать.
— Валер, ты будешь есть? — прошепелявила она.
— Нет, мам, спасибо!
— А то я накрыла уже. Да и дама твоя, наверно, уже есть хочет.
— Нет, мы с ней ещё немного полежим.
Она повернулась и как ни в чём не бывало пошла на кухню. Сумасшедший дом! Старухи бродят с ножами, я лежу голая, обнимая ногами голову Дьявола! Не помню такого случая в истории. Меня пробил холодный пот.
Вытерпев ещё 2 оргазма, я поняла, что на этом всё. Я больше не могу, ибо это просто невыносимо, и мне надо опуститься в холодную ванну. Хотя бы надеть трусы и посидеть крепко сомкнув ноги. У меня был один раз 4 оргазма. Несколько раз — 3. Но у меня никогда не было 11 раз за 40 минут. Удовлетворение было таким полным, что я в тот момент верила, что секса больше никогда не захочу.
Клитор и всю область щипало. Ощущение было не совсем приятное. Но, наверно, так и должно быть, когда вдруг ты узнаёшь, как оно бывает на самом деле. Причём узнаёшь это не с молодым мачо с огромным размером на яхте на Мальдивах, а в затхлой комнатушке со стариком-импотентом и сумасшедшей старухой.
Я начала потихоньку одеваться. Геннадий Петрович молча подавал мне элементы моего гардероба. В коридоре он начал помогать мне надеть пальто. У нас это никак не получалось, и он включил свет. Мне стало понятно, почему он не включал его раньше. Прихожая имела весьма непрезентабельный вид.
Я оделась, но почему-то никак не находила слов для прощаний. Стояла и ждала, что он мне что-нибудь скажет.
Наконец он сказал:
— Настя, я понимаю, что тебя терзают вопросы, как я это делаю.
О боже, только сейчас я поняла, что меня мучит. Сколько я провела в ванне, занимаясь самоудовлетворением, но ничего подобного я не могла себе сделать. Да, именно этот вопрос! Кто ты?
— В плену меня изуродовали.
Я вопросительно уставилась на него. Так вот почему он импотент!
Вместо ответа он подошёл и нежно обнял меня. Потом взял за плечи. Мы смотрели друг другу прямо в глаза. Хищный огонёк снова сверкнул в них. В следующую секунду ноги отказались меня держать. Я бы упала, если бы он меня отпустил. Из его рта вылез длинный язык, как у змеи, разделённый на две части, в каждой из которых мерцала маленькая рубиновая бусинка. Я увидела не Дьявола — это было гораздо хуже. Я увидела Ящера!
Каждый конец разрезанного языка был необычайно подвижным и вращался самостоятельно. Он погладил ими меня по носу с двух сторон, потом в шутку зажал мне дыхание носом. У меня началась истерика.
Вырвавшись из его объятий, я бросилась по лестнице. Свежий уличный ветер не мог освежить меня — я задыхалась. Добежав до той самой лавочки, я плюхнулась на неё и начала судорожно дышать.
Какой-то мужчина сразу подошёл ко мне и начал что-то предлагать. Наверно, помощь. Я не вникала. Где ж ты раньше был, дядя? Может, я тогда не побывала бы в Чистилище.
— Отвалите вы все нахер от меня. Я больше ничего не хочу!
(1 оценок, среднее: 4,00 из 5)
Загрузка...