— Да, да! Вот это именно то, что мне было нужно! — выкрикнула она, задыхаясь от наслаждения, — Моя шлюшья киска просто жаждала, чтобы ее трахнул такой крепкий хуй, папочка, как у тебя!
Ее тонкие бедра и нежные половые губы начали краснеть от моего яростного, безостановочного напора, когда мужское массивное тело с силой врезалось в ее девичий таз. Марни вонзила свои ногти мне в поясницу, ее тело выгнулось, и волна сильнейшего, захватывающего дух оргазма разлилась по её телу. Я замедлил свой темп, наслаждаясь видом ее лица, искаженного экстазом, ее глаза были полузакрыты, а дыхание сбилось в частые, судорожные всхлипы. Ее мышцы сжимались на моем члене в конвульсиях, выжимая последние капли моего терпения.
Моя дочь Кэт — секси Когда я проходил мимо ее комнаты, до моего слуха донеслись громкие стоны, и я никак не мог понять, кто находится с ней: мужчина или женщина. Стоны были достаточно сильными и настойчивыми, чтобы заставить меня невольно замедлить шаг и прислушаться. В них чувствовалась глубокая, ничем не сдерживаемая страсть, которая моментально пробудила во мне собственное желание и вызвала легкое смущение. Желая дать Кэт личное пространство и заодно отвлечься, я решил выйти на заднюю веранду.
Я вышел на террасу и, облокотившись о перила, посмотрел на бассейн, утопающий в полуденном солнце. Я размышлял о том, чтобы немного поплавать, чтобы заглушить звуки из комнаты и привести свои мысли в порядок. В голове все еще звучали ритмичные вдохи и приглушенные крики удовольствия. Я переоделся в плавательные шорты и вернулся на веранду.
Там уже была девушка — молодая, темноволосая брюнетка в совершенно крошечном, вызывающе оранжевом купальнике, который едва прикрывал самое сокровенное. Она была просто великолепна, но при этом обладала совсем небольшой грудью, почти незаметной.
— Привет, красавчик. Должно быть, ты папа Кэт. Я Марни. Мы вместе изучаем химию в университете, — произнесла она, улыбаясь мне ослепительной, заразительной улыбкой. — Мы только что испытали совершенно потрясающие оргазмы, развлекаясь в шестьдесят девятой позе. Твоя дочь, конечно, знает толк в том, как угодить киске. Но у меня остались и другие потребности. Мне просто до смерти хочется, чтобы меня трахнул большой и крепкий член. Ты можешь мне в этом помочь?
В ее глазах, сияющих после недавнего наслаждения, читался одновременно вызов и откровенный, жгучий голод. Она не оставляла места для сомнений или размышлений.
Я подошел к Марни и одним уверенным движением стянул с нее этот оранжевый лоскут ткани. Она предстала передо мной абсолютно обнаженной. Ее лобок был гладко выбрит, как у маленькой девочки, а грудь состояла лишь из едва наметившихся бугорков. Ареолы были почти незаметны, представляя собой крошечные коричневые кружочки, в центре которых торчали аккуратные, темные соски.
Поток чистой, животной похоти хлынул в кровь, игнорируя любые попытки разума возразить. Я приспустил свои шорты, и мой наполовину затвердевший, толстый ствол выскочил наружу, готовый к действию. Я усадил Марни на широкие деревянные перила, слегка надавив на ее бедра, и широко развел ноги. Ее небольшие соски мгновенно затвердели, превратившись в твердые шарики на этих нежных холмиках. Я ощутимо сжал оба ее соска между пальцами, слегка надавливая на них, прежде чем мой толстый член начал проникать в эту крохотную девчушку.
Киска была тугой, невероятно тесной. Она была узкой и горячей, словно созданной специально, чтобы обхватить мой член, как мокрая, бархатная перчатка. Я почувствовал, как тонкая, влажная кожа ее нежных губ растягивается под натиском моего члена. Марни ахнула, ее глаза расширились от внезапного ощущения, и она издала громкий стон, смешанный с тихим, жалобным всхлипом.
Я начал вбивать свой член в ее невероятно тугую киску, вкладывая в каждое движение всю мощь своего тела. Ее влагалище сжималось и пульсировало вокруг моего достоинства, отчего ощущения были непередаваемо острыми. Марни глубоко стонала с каждым резким толчком. Движения были быстрыми и жесткими, словно я пытался пробить каменную стену. Каждый удар сотрясал ее хрупкое тело.
— Да, да! Вот это именно то, что мне было нужно! — выкрикнула она, задыхаясь от наслаждения, — Моя шлюшья киска просто жаждала, чтобы ее трахнул такой крепкий хуй, папочка, как у тебя!
Ее тонкие бедра и нежные половые губы начали краснеть от моего яростного, безостановочного напора, когда мужское массивное тело с силой врезалось в ее девичий таз. Марни вонзила свои ногти мне в поясницу, ее тело выгнулось, и волна сильнейшего, захватывающего дух оргазма разлилась по её телу. Я замедлил свой темп, наслаждаясь видом ее лица, искаженного экстазом, ее глаза были полузакрыты, а дыхание сбилось в частые, судорожные всхлипы. Ее мышцы сжимались на моем члене в конвульсиях, выжимая последние капли моего терпения. Она умоляла, едва шевеля губами:
— Моя киска… она слишком чувствительная и болит, я не могу больше продолжать, — прошептала Марни, ее голос дрожал от смеси боли и наслаждения, — Позволь мне закончить для тебя ртом.
Я вытащил свой перевозбуждённый, невероятно жесткий член из ее влажной, сжавшейся пизденки. Гладкий и скользкий, он блестел от девичьих соков.
— У меня есть идея получше, — ответил я, с трудом сдерживая возбуждение.
Я схватил ее за худенькую руку и резко развернул спиной к себе.
— Держись за нижние перила, — приказал ей.
Она улыбнулась мне через плечо, ее глаза горели предвкушением и покорностью, и тут же послушно выполнила приказ, крепко ухватившись за поручень. Я расставил ее ступни на ширину плеч и раскрыл ее ягодицы. Передо мной открылась прекрасная, розовая, влажная «звездочка» ее ануса. Влага из ее киски стекала по промежности, делая кожу еще более соблазнительной.
Я наклонился и скользнул языком по чувствительной заднице. Затем проник языком в ее анус, медленно и нежно исследуя вход. Марни застонала от неожиданной ласки и, выгнувшись, подалась тазом прямо мне в лицо, наслаждаясь тем, как я обливаю ее слюной. Ее задница была так податлива, так горяча, а мышцы сжимались вокруг моего языка, приглашая к более глубокому контакту.
Марни резко вздрогнула, когда почувствовала кончик твердого члена, прижимающегося к ее анусу. Она издала пронзительный, сдавленный визг, когда я начал раздвигать сфинктер своим толстым, массивным членом. Вход был невероятно плотным, я почувствовал жесткое сопротивление ее колец. Но все же вошел на пару дюймов и остановился, чтобы она привыкла. Однако Марни, не желая ждать, сама подалась назад, и мой член легко, словно в смазанный шелк, целиком скользнул ей в задницу, прорвавшись через упрямые мышцы. Ее гладкая, невероятно узкая и горячая попка ощущалась просто чудесно, полностью обхватывая мой член. Я почувствовал себя глубоко внутри ее тела, в самом недоступном, запретном месте.
Я начал медленно, но глубоко трахать любовницу дочери, крепко держа ее за стройные бедра. Марни наслаждалась тем, как я наполняю ее задницу, растягивая до предела.
— Да, папочка, да! — задыхалась она, — Трахай меня, еби этим членом мою задницу, глубже!
Она потянулась рукой вверх и начала неистово теребить свой клитор, пока я постепенно наращивал темп. Мои толчки стали стремительными, я вколачивал ствол в ее узкое отверстие с дикой, неудержимой силой. Мы оба приближались к пику, напряжение становилось невыносимым, накапливаясь на кончике моего члена. Моя сперма с силой выстрелила глубоко в ее кишечник, а Марни закричала, вцепившись в перила, переживая еще один мощнейший, сотрясающий все тело оргазм.
Я осторожно вытянул размягчающийся член из ее ануса. Горячая, липкая сперма струйкой вылилась из ее отверстия на деревянный настил. Марни нежно, с небольшим трудом выпрямилась и грациозно прыгнула в прохладный бассейн. Я нырнул следом за ней. Она обхватила меня руками за шею и крепко поцеловала. Наши языки танцевали друг с другом, пока мы обнимались в воде, наслаждаясь тишиной и послевкусием дикого соития.
Марни выбралась из бассейна, и я проводил взглядом ее прекрасное, обнаженное тело, направляющееся в дом. Я проплыл свои десять миль, прежде чем вернулся в постель.
Загрузка...