Я никогда не думал, что всё зайдёт так далеко. Но когда получил её сообщение: «Номер 407. 22:00. Не опаздывай, мусор», — у меня в животе ёкнуло, а между ног застучало.
Её звали Виктория. Высокая, дерзкая брюнетка с пухлыми губами, на которые уходила вся её красная помада. Она носила латекс, как вторую кожу, а её высокие каблуки стучали по полу так, будто вбивали гвозди в мой гробик самоуважения. Я знал её по приватному фетиш-клубу — она была Госпожой, а такие, как я, для неё даже людьми не считались.
И вот я стою перед дверью номера, сжимая в потных ладонях бутылку дорогого красного вина (как она и приказывала). Сердце колотится так, что кажется, вырвется через горло. Я ещё не знал, что через час буду лизать её туфли, задыхаться под её весом и умолять позволить мне кончить на её ступни. Но в тот момент я просто сделал глубокий вдох и постучал.
За дверью раздался её голос — низкий, с насмешкой:
— Заходи, тварь. Ты уже опоздал на три минуты.
Я вошёл. И моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Дверь закрылась за мной с тихим щелчком, и я сразу почувствовал, как воздух в номере стал густым, обжигающим. Виктория сидела в кресле у окна, закинув ногу на ногу. Её латексное платье блестело под тусклым светом ламп, а острые каблуки, казалось, целились прямо мне в лицо.
— Поставил вино на стол и разделся. Донага. — Её голос звучал как приказ, который даже в голову не придёт оспорить.
Я кивнул, поставил бутылку и начал снимать одежду. Руки дрожали, а член уже стоял колом. Когда я остался голый, она медленно обвела меня взглядом, презрительно скривив губы.
— Ничего особенного… — протянула она, играя кончиком каблука. — Но, может, хоть язык у тебя не такой бесполезный, как этот твой жалкий хуй?
Я проглотил слюну, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Она встала, подошла вплотную, и я тут же опустил взгляд — смотреть ей в глаза без разрешения было нельзя.
— На колени. Сейчас.
Я рухнул перед ней, а она тут же прижала каблук к моей груди, заставив вскрикнуть. Боль пронзила тело, но вместе с ней — и дикое возбуждение.
— Целуй.
Я наклонился к её туфле, касаясь губами холодной кожи. Пахло дорогой кожей и её властью.
— Не так, мразь. — Она резко взяла меня за волосы и прижала лицо к подошве. — Лижи. Вылизывай каждый сантиметр.
Я высунул язык и начал, сгорая от унижения и желания. А она лишь смеялась, наблюдая, как её раб покрывает её каблуки слюной.
— Хорошо… — прошептала она, проводя пальцами по моей щеке. — Теперь давай проверим, на что ты ещё способен.
И я понял — это только начало.
Виктория медленно прошлась по комнате, её каблуки мерно стучали по полу, а я сидел на коленях, сжавшись, будто ожидая приговора. Она остановилась передо мной, скрестив руки на груди.
— Ты вообще понимаешь, зачем ты здесь? — её голос был холодным, как сталь.
Я кивнул, но она резко схватила меня за волосы и дёрнула вверх.
— Отвечай, когда с тобой говорят!
— Я здесь… чтобы служить вам, Госпожа… — прошептал я, чувствуя, как по спине пробежала дрожь.
Она усмехнулась и провела ногтем по моей щеке.
— Служить? Ха. Ты здесь, потому что я позволила тебе быть здесь. Потому что мне захотелось поиграть с жалким червяком вроде тебя.
Её слова обжигали, но от этого мой член только сильнее пульсировал. Она заметила это и ухмыльнулась.
— О, тебе нравится, когда тебя унижают? — она наклонилась ближе, её губы почти касались моего уха. — Ты хочешь, чтобы я сделала тебе больно? Хочешь, чтобы я использовала тебя, как тряпку?
Я сглотнул и кивнул.
— Да… Госпожа…
— Тогда ползи.
Она отошла к кровати и села на край, расставив ноги. Я пополз за ней, как собака, чувствуя, как сердце колотится в груди. Когда я оказался у её ног, она положила одну ступню мне на плечо.
— Целуй.
Я прижался губами к её лодыжке, вдыхая аромат её кожи, смешанный с запахом латекса.
— Вылижи мне пальцы.
Я взял её ступню в руки и начал медленно проводить языком между пальцами, слизывая каждый намёк на соль её кожи. Она закинула голову назад и тихо застонала.
— Неплохо… для начала.
Потом она резко встала, заставив меня отпрянуть.
— А теперь — на кровать. На спину.
Я послушно лёг, а она поднялась надо мной, её каблуки впивались в матрас по обе стороны от моей головы.
— Ты вообще заслуживаешь касаться меня? — она плюнула мне в лицо, и тёплая капля слюны скатилась по щеке.
— Нет, Госпожа…
— Но я добрая. Поэтому разрешу тебе… поцеловать мою киску.
Она медленно приподняла латексное платье, обнажая чёрные кружевные трусики. Я замер, заворожённый.
— Ну же, мусор. Работай языком.
Я протянул руки, но она резко шлёпнула меня по лицу.
— Руки за голову! Ты трогаешь меня только тогда, когда я разрешаю!
Я послушно закинул руки за голову, а она опустилась на моё лицо, прижимаясь промежностью к моим губам.
— Лижи.
Я высунул язык и начал водить им по ткани, чувствуя, как она становится влажной. Она застонала, двигаясь в такт моим движениям.
— Да… вот так…
Но вдруг она резко отстранилась.
— Хватит.
Я замер, не понимая.
— Ты думал, я позволю тебе кончить так просто? — она ухмыльнулась. — Теперь ты будешь лизать мою попку. И если сделаешь это хорошо… может быть, я разрешу тебе кончить. На мои ноги.
Я задохнулся от возбуждения.
— Да, Госпожа…
Она повернулась ко мне спиной и медленно опустилась, прижимаясь анусом к моему рту.
— Ну же, раб. Покажи, на что ты способен.
Я высунул язык и начал работать.
Виктория подалась вперед, впиваясь пальцами в покрывало, когда мой язык скользнул по её узкому колечку. Она резко вдохнула, и я почувствовал, как её тело слегка дрогнуло.
— Да… вот так, мразь… глубже… — её голос звучал хрипло, с неприкрытым наслаждением.
Я вдавил лицо сильнее, работая языком быстрее, то кружа, то вонзая его внутрь. Она застонала, её бёдра затряслись, и вдруг резко оттолкнула меня ногой.
— Достаточно.
Я откинулся, сглатывая её вкус, весь в слюнях и собственном возбуждении. Она повернулась, её глаза горели, а губы растянулись в хищной улыбке.
— Ты хочешь кончить?
Я кивнул, почти не в силах говорить.
— Проси.
— П-пожалуйста, Госпожа… разрешите…
Она рассмеялась, затем резко сжала мой член пальцами ног. Боль и удовольствие ударили одновременно, я застонал.
— На колени. Руки за спину.
Я рухнул перед ней, скрестив запястья за спиной. Она встала надо мной, одна нога на моём плече, и медленно провела подошвой по моему лицу.
— Кончай. На мои ноги. Но если упадёт хоть капля мимо — вылижешь всё дочиста и будешь наказан.
Её слова подожгли меня изнутри. Я застонал, мой живот затрясся, и я кончил толчками, покрывая её божественные ступни липкими струйками.
— Хороший мальчик… — она снисходительно потрепала меня по щеке. — А теперь…
Она опустила ногу, поднеся её к моему лицу.
— Слижи. Всё.
Я наклонился, облизывая свои же следы, её вкус смешивался с моим. Унизительно. Омерзительно. Невыносимо горячо.
— Молодец… — прошептала она, проводя пальцами по моим волосам. — Но игра ещё не окончена.
И я понял — она не отпустит меня так просто.
Я слизал последнюю каплю, чувствуя, как губы горят от трения о латекс. Виктория наблюдала за мной с холодным удовлетворением, затем резко отстранилась.
— Встань.
Я поднялся на дрожащих ногах. Тело горело, разум был пуст, только пульсация между ног напоминала, что я ещё жив.
Она подошла к мини-бару, налила бокал вина и сделала глоток, оценивающе глядя на меня.
— Ты сегодня неплохо справился… для мусора.
Я опустил глаза, но внутри что-то ёкнуло от её слов. Даже эта кроха «похвалы» заставляла сердце биться чаще.
— Но… — она поставила бокал и резко схватила меня за подбородок. — Ты забыл сказать спасибо.
— С-спасибо, Госпожа… — прошептал я, чувствуя, как её пальцы впиваются в кожу.
— Спасибо за что?
— За то… что использовали меня… что позволили служить…
Она усмехнулась и отпустила меня, затем плюнула мне в лицо. Тёплая капля скатилась по щеке.
— Теперь одевайся и вали. Мне надоело на тебя смотреть.
Я кивнул и начал подбирать свою одежду. Руки дрожали, но внутри было странное спокойствие — как после долгого катарсиса.
Она села в кресло, закинув ногу на ногу, и достала телефон, будто я уже перестал существовать. Я оделся, бросил последний взгляд на её божественные длинные ноги и направился к двери.
— Жди сообщения. — бросила она, даже не глядя. — Если решу, что ты заслужил ещё.
Я вышел, дверь закрылась за мной с тихим щелчком.
В лифте я прислонился к стене, закрыл глаза и выдохнул. Тело ныло, на губах всё ещё был её вкус, а в голове — только она.
Телефон в кармане вибрировал. Я достал его дрожащими пальцами.
«Завтра. 21:00. Тот же номер. Не вздумай дрочить перед этим.»
Я улыбнулся и нажал кнопку лифта.
Загрузка...