Парень кивнул, понимая без слов, и вошёл в неё, медленно, чувствуя, как тугая, скользкая пизда обхватывает член, посылая жар по всему телу. Она громко застонала, обнимая его за шею, ногти слегка впились в кожу, пока он начал двигаться, сначала осторожно, наслаждаясь каждым толчком. Пизда была влажной, но узкой, сжимая ствол так, что оргазм казался неизбежным.
Он погрузился глубже, замедляя темп, чтобы растянуть момент, член касался её глубин, а горничная что-то шептала на ухо — слова, которых он не понимал, но её горячее дыхание на коже сводило с ума. Внезапно она толкнула его в бок, и они перевернулись — теперь мексиканка была сверху. Села, упираясь руками в его грудь, её груди покачивались, соски торчали, пока она в яростном припадке поднимала и опускала бёдра, скользя по члену, а затем начала тереться, вдавливая клитор в его лобок, издавая влажные, хлюпающие звуки.
Парень откинул голову назад, подставляя лицо горячим струям душа. Вода мощными струями била по коже, смывая усталость после долгого дня в Диснейленде. Пар в ванной создавал уютную дымку, а ощущение тепла расслабляло его подкачанное тело — рельефный пресс и широкие плечи, наработанные в зале. Выключив воду, он выбрался из душевой кабины и схватил большое, мягкое белое полотенце с подогреваемой вешалки. Обернул его вокруг талии, дважды закрутив, чтобы сидело плотно — его фигура, крепкая, с чёткими мышцами, позволяла полотенцу выглядеть почти как элемент стиля.
Открыв дверь ванной и шагнув в спальню отеля, парень замер. Перед ним стояла горничная — молодая мексиканка, лет восемнадцати, с длинными тёмными волосами, стянутыми в тугой хвост, и большими карими глазами, которые тут же впились в него. В руках она держала стопку свежих простыней, её пальцы с аккуратным красным маникюром слегка дрожали. Видимо, он забыл повесить табличку «Не беспокоить». Кожа мексиканки, гладкая, оливкового оттенка, слегка блестела под светом лампы, а униформа — облегающая чёрная туника и чулки на подвязках — подчёркивала её сочный силуэт: упругую грудь, проглядывающую через ткань, и округлые бёдра, которые покачивались, при каждом движении.
Горничная начала извиняться на испанском, её голос был мелодичным, но сбивчивым: «Lo siento, señor, no sabía que estabas aquí». Слова затихли, когда её взгляд скользнул по телу парня. Она откровенно разглядывала его пресс, чёткие кубики, и рельефные грудные мышцы, которые совершенно открыты. Глаза мексиканки задержались на линии, где полотенце обхватывало талию, и в них вспыхнула искра интереса, понятная без перевода.
Девушка шагнула к двери, словно собираясь уйти, но вместо этого закрыла её, защёлкнув замок и задвинув щеколду. Затем медленно подошла к постояльцу, её бёдра покачивались, а туника чуть задралась, обнажая край чулок. Остановившись вплотную, она протянула руку и коснулась его грудных мышц, её тёплые пальцы слегка дрожали. Мексиканка что-то тихо говорила на испанском — «Eres tan musculoso, tan fuerte», — слова были непонятны, но тон и лёгкое касание её ногтей, скользящих по коже, сказали всё, что нужно. Жар начал разливаться по телу мужчины, а её близость вызывала лёгкое покалывание в паху.
Он потянулся к полотенцу, медленно ослабляя узел, и оно с тихим шорохом упало на пол. Его член, уже начавший твердеть от жаркого взгляда, слегка покачивался — длинный, с толстой синеватой веной, идущей вдоль ствола, и большой обрезанной головкой, влажно блестящей после душа. Горничная ахнула, её карие глаза расширились, и она тут же наклонилась, начав целовать его грудь. Мягкие, тёплые губы оставляли влажные следы, медленно спускаясь по кубикам пресса к гладко выбритому лобку, где кожа была шелковистой и тёплой.
Мексиканка опустилась на край кровати, потянув парня за бёдра. Его член, теперь твёрдый, как сталь, оказался прямо перед её лицом, горячий и пульсирующий. Девушка посмотрела вверх, её большие глаза горели похотью, и вновь что-то пробормотала — «Voy a chupar tu hermosa polla», — прежде чем обхватить ствол рукой. Её тонкие пальцы с красными ногтями сжали член, а язык медленно лизнул головку, дразня маленькую щель, из которой уже сочилась капля смазки. Парень закрыл глаза, откинув голову, наслаждаясь теплом её влажного языка, который скользил по головке, обводя её контуры, затем прошёлся по венам, вызывая тихий стон из его горла.
Вторая рука горничной скользнула к яйцам — тяжёлым, гладко выбритым, упругим. Она осторожно сжимала их, словно проверяя их вес, перекатывая в ладони, пока язык продолжал ласкать член, то облизывая ствол длинными, медленными движениями, то посасывая головку с лёгким чмоканьем. Парень открыл глаза и посмотрел вниз — мексиканка смотрела на него, её полные губы растянулись вокруг члена, который теперь наполовину исчезал в её рту. Движения ускорились, рука скользила по стволу, смазывая его слюной, а губы плотно обхватывали, создавая влажное, хлюпающее ощущение, которое посылало волны удовольствия по всему телу.
Внезапно она убрала руки и начала расстёгивать пуговицы на тунике, не выпуская член изо рта. Пальцы ловко справлялись с пуговицами, и через секунду туника упала на пол, обнажая её тело — гладкую оливковую кожу, упругую грудь второго с половиной размера, едва прикрытую чёрным кружевным лифчиком, и округлую попку, подчёркнутую тонкими чёрными стрингами. Чулки, закреплённые подвязками, обтягивали стройные бёдра, делая её ещё более соблазнительной. Правая рука вернулась к члену, продолжая его дрочить, а левая скользнула к груди, сжимая сосок через кружево лифчика, который уже торчал, натягивая ткань.
Член парня был твёрд, как камень, и он знал, что кончит, если она продолжит. Но он хотел попробовать её на вкус. Поэтому, проведя рукой по её щеке, отступил назад, освобождая член из горячего ротика с влажным звуком, и жестом показал лечь на кровать. Горничная пробормотала что-то — «Pruébame ahora por favor», — и легла на спину, раздвинув ноги, её чулки слегка шуршали по простыне.
Он опустился на колени между её бёдер, целуя внутреннюю сторону, где кожа была мягкой, тёплой и пахла лёгким ароматом её тела. Постоялец медленно продвигался выше, дразня, пока губы не коснулись края стрингов. Пальцы зацепили тонкую ткань, и мексиканка подняла ноги вверх, словно гимнастка, позволяя стянуть стринги по её бёдрам и сбросить их на пол. Раздвинув её ноги шире, парень увидел её пизду — мягкую, розовую, уже влажную, с аккуратно подстриженными тёмными волосками, обрамляющими блестящие складки, которые слегка приоткрылись, обнажая набухший клитор.
Снова опустившись на колени, он начал дразнить, целуя вокруг влагалища, облизывая внутреннюю сторону бёдер, пока горничная не пробормотала: «Dios mío, esto es bueno», — приподнимая бёдра, умоляя коснуться её клитора. Наконец, язык парня приник к пылающему бутону, жадно облизывая, чувствуя, как её соки смешиваются со слюной, делая пизду скользкой, как масло. Она сняла лифчик, отшвырнув его на пол, обнажая упругие груди с тёмными, твёрдыми сосками, которые покачивались в такт её движениям.
Смочив палец между её складок, парень медленно ввёл его внутрь, ощущая, как тугие, влажные стенки обхватывают его. Мексиканка ахнула, вцепившись в его волосы, когда палец начал двигаться, погружаясь глубже, находя чувствительные точки. Её стоны на испанском — «Oh Dios mío, ya casi estoy ahí» — становились громче, пока язык лизал клитор, посасывая губы пизды, а пальцы крутились внутри, вызывая хлюпающие звуки. Бёдра горничной поднимались и опускались, соки текли по подбородку мужчины, а её голос становился всё более отчаянным, дрожащим от наслаждения.
С последним рывком бёдер она громко застонала, оттолкнув его голову. Пизда сжалась вокруг руки, пульсируя от оргазма, а её тело выгнулось, груди дрожали, соски были сжаты её пальцами до красноты. Парень смотрел, как мексиканка кончает, её карие глаза закрыты, рот приоткрыт, кожа покрыта лёгким потом, а дыхание сбивалось от кайфа.
Он поцеловал её плоский живот, пока она тяжело дышала, пытаясь отдышаться. Горничная схватила парня за руку, потянув на себя. Он забрался сверху, и она направила напряжённый член — длинный, твёрдый, с багровой головкой, всё ещё влажной от её рта — к своей пизде. Провёл разгорячённым стволом по клитору и губам, смазывая её соками, которые блестели на его коже. Мексиканка посмотрела в глаза и сказала: «Te quiero ahora».
Парень кивнул, понимая без слов, и вошёл в неё, медленно, чувствуя, как тугая, скользкая пизда обхватывает член, посылая жар по всему телу. Она громко застонала, обнимая его за шею, ногти слегка впились в кожу, пока он начал двигаться, сначала осторожно, наслаждаясь каждым толчком. Пизда была влажной, но узкой, сжимая ствол так, что оргазм казался неизбежным.
Он погрузился глубже, замедляя темп, чтобы растянуть момент, член касался её глубин, а горничная что-то шептала на ухо — слова, которых он не понимал, но её горячее дыхание на коже сводило с ума. Внезапно она толкнула его в бок, и они перевернулись — теперь мексиканка была сверху. Села, упираясь руками в его грудь, её груди покачивались, соски торчали, пока она в яростном припадке поднимала и опускала бёдра, скользя по члену, а затем начала тереться, вдавливая клитор в его лобок, издавая влажные, хлюпающие звуки.
— Te gusta esto? Vas a correrte? — спросила горничная с жадной улыбкой, её голос был хриплым от возбуждения, пока она продолжала двигаться, её пизда сжимала член всё сильнее.
— Sí, perfecto, — ответил парень, всё что знал на испанском, сжимая её упругие груди, чувствуя твёрдые соски под пальцами, которые он слегка теребил, вызывая её стон.
Она продолжала тереться, а он протянул руку, начав тереть её клитор большим пальцем, чувствуя, как тот набух под его касаниями. Через минуту мексиканка легла на него, её груди прижались к его коже, и прошептала: «Fóllame duro».
Схватив её за округлую попку, парень начал вбиваться в неё снизу, чувствуя, как пизда сжимает член всё сильнее, её соки текли по его яйцам. Оргазм был близко, каждый толчок приближал его, а её стоны становились громче, почти криками.
— О боже, о боже, — выдохнул он, ускоряя темп, его руки сжимали её ягодицы, пальцы впивались в мягкую кожу.
— Sí, sí, sí! — кричала горничная, насаживаясь на член, её бёдра шлёпали по его телу, пока он долбил её снизу.
Он хотел трахнуть её сзади, увидеть эту попку во всей красе. Сев, обхватил её, мексиканка обвила его ногами, и он встал, поднимая её. Повернул, опустил на кровать, и она поняла, встав на колени, подняв попку вверх, а лицом уткнувшись в простыни. Её задница, округлая, упругая, с гладкой оливковой кожей, выглядела идеально, а пизда — мокрая, раскрытая, с розовыми складками, блестящими от соков — манила его.
Схватив её за бёдра, парень вошёл одним резким толчком, начав долбить. Пизда была ещё туже в этой позе, каждый толчок сопровождался влажным хлюпаньем, а её стоны наполняли комнату, смешиваясь с шлепками его яиц о её кожу. Он смотрел, как её попка дрожит от каждого удара, как её пальцы сжимают простыни, а тело выгибается, принимая его глубже. Член, длинный и твёрдый, с багровой головкой, скользил в её пизде, растягивая её, а соки текли по её бёдрам, оставляя блестящие дорожки.
— Я сейчас кончу, — выдохнул парень, чувствуя, как давление в яйцах нарастает до предела.
Горничная лишь сильнее насадилась на него, её попка прижалась к его бёдрам, давая понять, что хочет всё внутри. С последним мощным толчком он взорвался, выстреливая горячие струи спермы глубоко в её пизду, чувствуя, как она пульсирует вокруг члена. Мексиканка продолжала двигаться, пока он кончал, и вдруг её пизда сжалась, пульсируя от второго оргазма, её тело задрожало, а стоны перешли в протяжный, почти звериный вздох.
Она рухнула на кровать, тяжело дыша, её оливковая кожа блестела от пота, а из пизды медленно вытекала его сперма, стекая по её бёдрам на простыни. Горничная прошептала: «Eso estuvo muy bueno», её голос был слабым, но довольным.
Парень лёг рядом, проводя рукой по её гладкой спине и упругой попке, чувствуя тепло её кожи под пальцами. Сперма продолжала медленно вытекать, оставляя липкие следы на её бёдрах. Через несколько минут мексиканка поднялась, вытерлась полотенцем, надела стринги, лифчик и тунику, поправляя чулки. Затем открыла дверь, бросив ему лёгкую улыбку, полную скрытого обещания, и исчезла в коридоре. Имени её он так и не узнал.
Загрузка...