Уже было достаточно поздно, когда он с мужиками вышел из бара. Наши опять проиграли, и паршивое настроение так и не поднялось. Домой не хотелось — там снова Лиза пилить будет, достала. Идти одному некуда, и он медленно пошел по улице, будто в ожидании чего-то, чего опять не произойдет. А вот и дождь пошел, и зонтика нет, и до метро еще метров 300 — не побегу. Впереди шла барышня, с виду вроде приличная. Что она в такое время по улицам шатается? Домой беги, дети, кухня… Опа, чего это ее шатает? Неужели тоже за этих прохвостов болела?!
— Черт! И что мне теперь делать?
Это что, она мне? А симпатичная…
— Мужчина, а у Вас случайно запасной пары женских туфель моего размера нет?
Точно мне. Где я их возьму? Ну дает.
— Ну и денек! Каблук сломала. А еще дождь начинается! И вы без зонтика?!
— Да я и не ношу никогда.
— Молодой человек! Ну не бросите ж Вы девушку без каблука прямо на дождливой улице на растерзание случайным прохожим? Вы только руку мне дайте, я допрыгаю.
А девушка оказалась очень приятной брюнеткой. Хотя в темноте все кошки серы, но эта в «своем горе» так открыто улыбнулась, что отказываться не было смысла. Ручка у нее была тонкая, изящная, да и сама казалась такой хрупкой, затянутая широкым поясом в голубой плащ. На ступеньках она чуть не свалилась и так звонко захохотала, что его плохое настроение начало уверенно подниматься.
— Ну вот, здесь уже сухо — благодарно глядя на него, произнесла девушка, — спасибо огромное, Вы меня спасли!
— Ну а как же Вы дальше?
Она улыбнулась и повела плечиком:
— Не знаю, как-то доберусь…
В голову что-то, мысли не появлялись, но отпускать ее не хотелось. Рука такая… теплая.
— А Вы очень спешите? Может, на ночь взбодримся кофейком?
Вот дурак, кроме кофе ничего и не придумал! Совсем отвык девушек охмурять. Она оглянула вокруг, взгляд задержался на «стекляшке».
— Ну тогда мне понадобится Ваша крепкая рука!
— С удовольствием!
Ну хоть что-то хорошее за весь день. Немного посижу, может, Лиза заснет к этому времени — меньше жужжать будет. Оправдание было готово, и он услужливо помогал добраться до столика незнакомке.
В одиннадцать подошел официант и сказал, что они закрываются. Как? А что же делать? Эти пару часов они весело болтали, пили кофе, и казалось, были знакомы полжизни. Соня, так звали тоненькую брюнетку, начала сумбурно собираться, потом застыла, посмотрела на него своими бархатными черными глазами.
— Ты очень спешишь?
— Да нет, меня особо никто не ждет.
Соврал он. Где-то под ложечкой пробежал холодок и… спрятался.
— Мне-то как-то и домой надо добраться, а ты проявил себя как истинный джентльмен — спаси меня еще раз?!
— Ну, о чем речь, сейчас машинку словим и прямо на… Какой у тебя этаж?
— Пятый.
— Ну вот прямо на пятый тебя и доставим.
Ехать оказалось недалеко. Они сидели в салоне рука об руку. Дыхание участилось, он немного занервничал. Она смотрела в окно, ее рука безвольно лежала на сидении между ними, такая нежная рука… Лифт поднялся как-то слишком быстро и не застрял. Соня открыла дверь и вошла внутрь квартиры. А он стоял, не зная, куда идти, что говорить.
— Ну теперь, наверное, моя очередь тебя кофе угощать?
— А непоздно?
— Ну если ты спешишь…
Сонины губки слегка надулись, а глазки исподлобья поблескивали — нет, я никуда не уйду!
— Да нет же, просто поздно уже, я думал, может, может ты устала…
Он еще произносил объяснительную речь, а сам уже снимал обувь в уютной небольшой прихожей. Квартира была светлая, уютная. В центре комнаты круглый большой деревянный стол, мягкая мебель — у мамы похожая была. А хорошо здесь.
— А может, пока кофе, мы немного вина выпьем? У меня бутылочка крымского есть.
— Замечательно, я тоже крымское люблю.
Почему-то стало как-то неловко, руки-ноги мешают. Что-то я зря приперся.
— Можно, я стол накрывать не буду, по бокальчику в ручку? Уу?
— Да, да, конечно, не беспокойся.
Соня с двумя бокалами как птичка припорхала на диван, села рядом, совсем рядом. Блин, руки дрожат, и почти залпом все вино и выпил. Она рассмеялась.
— Ну я же говорила, вкусное! Давай я еще налью!
А со вторым бокалом она прошла мимо дивана и села мне на колени. Фуууух, столбняк какой-то. Девушка взяла оба бокала и немного отклонилась, чтобы отставить их, в складках блузки промелькнула ее грудь. Лицо обдало жаром. А Сонечка, сидя на коленях, обняла, нежно, как кошка, провела своей щекой о мужскую и зажмурилась. Не оцарапалась ли? Теперь она смотрела другими глазами, они даже позеленели! Выцеловывала каждую складочку на лице, а когда добралась до губ — такого захватывающего и захлебывающего поцелуя он давно не помнил. Ее руки стягивали, а он зарылся в ее пышущую грудь и не мог оторваться. Сладкий запах ее кожи сводил с ума, и ему тааак захотелось овладеть этой маленькой черной кошечкой!
Остатки одежды остались на полу. Соня все еще сидела у него на коленях, только теперь насаженная на его упругий член, ритмично возвышалась и опускалась, периодически тихо рыча. Обнимая одной рукой ее за тонкую талию, другой достал до горящего клитора. От прикосновения «кошечка» вздрогнула и еще сильнее начала насаживаться — теперь ее урчание было слышно на всю комнату, она вся дрожала. Торчащие соски подскакивали, казалось, отдельно от нее и обещали нереальное возбуждение. Ее грудь торчком возбуждала до последней клеточки — вот я тебе! Движения ускорились, он сильнее начал массировать клитор и… липкая жидкость утопила его пальцы. Соня начала задыхаться и сквозь хрип залепетала что-то непонятное. Такого экстаза от женского оргазма он никогда не получал, сердце норовило выпрыгнуть! И тут на глаза попался этот огромный стол — вот для чего он здесь! Приподнявшись с «умирающей» Соней на члене, в три шага на подгибающихся ногах добрался до стола. Нежно положил девушку спиной на стол и, не смотря на ее неуверенные протесты, вошёл в нее глубоко, затем еще раз, затем нащупал маленькую горячую дырочку и мягко воткнул большой палец. Соня, как ударенная током, вскрикнула, выгнула спину и посмотрела на него прищуренными зелеными глазами:
— Ну же, сильнее!
Возбуждение пеленой захлестнуло мозг. Горящий член долбил как заведенный, от шлепанья яйцами по мокрой Сониной киске в комнате стоял звон. Пульсирующий экстаз разорвал голову, Сонька надрывно закричала и полилась сперма. «Кошечка» выскользнула из взмокших от перевозбуждения рук, загнулась и принялась вылизывать еще живой член, боясь уронить капельку живительной влаги. Потом сползла под стол, устроилась у ног, свернувшись клубочком, сверкнув глазами. Они были черными и бархатными.
Дома Лиза уже спала. А какой сегодня замечательный был день!
Матч закончился, и подвыпившая толпа вывалила на улицу — наши сегодня их «сделали»! Несколько секунд он поискал глазами в сером пространстве улицы. Потом подкурил сигарету и смачно затянулся: наверное, черная кошка сегодня кому-то другому перебежала дорогу…
Загрузка...