Трудовые будни на севере

В отдел снабжения пришла новая сотрудница. Молодая девушка после института по распределению. В те времена каждый выпускник обязан был отработать два года там, куда направит Родина и ректор. Посадили ее на первое время в контору, но снабженцев катастрофически не хватало и вскоре она, как и прочие, заняла место в кабине машины, мотающейся по просторам страны в поисках необходимых материалов, запчастей и прочего, без чего невозможна нормальная работа Управления механизированных работ.

А работали мы на севере Тюменской области и за всем этим необходимым катались на Урал, в Подмосковье, на Украину, тогда еще нашу республику. Ходки по времени занимали пару недель, а то и больше, если ждешь, пока тебе милостиво выпишут и отпустят груз. Да и машина Урал не скоростной болид на трассе Формулы-1.

Снабженцем быть не совсем женская работа: надо и выпить с мужиками, и подмазать кого надо, и в машине трястись по несколько дней не имея возможности нормально выспаться и даже умыться. За Уралом еще так-сяк, а вот как перевалил, как начались просторы тундры, тут и романтика начинается, мать ее ити и за ногу. До этого со мной ездил татарин Равиль, мужик толковый, пронырливый. Да и с напарником мужского пола в машине нет таких напрягов, какие возникают с женщиной. Даже поссать — проблема.

Загрузились с Людмилой, как звали новенькую, затарили фляжки спиртом на «подмазку», рыбки вяленой, консервов для себя, термос китайский с драконами да змеями с крепким чаем на первое время, что-то там еще необходимое, получили в кассе командировочные и в путь. Людка весело щебетала, все ей было внове, все вызывало интерес. Потом щебет стал потихоньку стихать. Через некоторое время заерзала Людмила по сидушке, стала прижимать ножки, покрылась мурашками. Ясно, приспичило мочевой пузырь опорожнить, а как скажешь парню твоего возраста об этом? Терпит. А мне-то что, я пока не хочу ничего. Это она чайком побаловалась, переборщила. Едем. Смотрю, Людке совсем невмочь. Остановился. Так, мальчики на право, девочки на лево и писаем, пока есть возможность. Выскочила девушка с ускорением, какое придает катапульта и за колеса. Штаны-то хоть снять успела? Хоть и взяли с собой чистое белье, а все же не резон, не успев отъехать от дома, переодевать обоссанные трусы. Залезла в кабину счастливая, довольная, облегченная. Ну, с Богом!

Едем. Начал толковать, что до Свердловска нам еще пилить и пилить, неизвестно как нас зимник пропустит, какое у него настроение, так что надо определиться сразу «ху из ху». Придется нам и место в спальнике делить, спать в обнимочку. И в туалет придется ходить не на унитаз, а за колесико. Так что пусть дурь цивильную выбросит из головы и, если приспичит, говорит, недолго и заработать какое-нибудь заболевание почек или мочевого пузыря. Людмила кивает головой, соглашается, соображает, что комфорт ей в этой поездке не предоставит никто.

Так и поехали. Пару раз останавливались перекусить. Пару раз она тормозила по нужде. Как ни хотелось добраться до пункта обогрева, а не смогли. Заночевали в поле. Спальник на Урале самодельный, приклепанный умельцами из мехмастерских. На одного ништяк, а двоим приходится спать в обнимочку, как молодоженам. Так что положил напарницу к стеночке, приобнял, прижался и заснули. Проснулся от того, что Людка практически столкнула меня с лежака. Отодвигаюсь, а она прижимается, двигаясь ближе.

Подвинул ее, обнял. Под руку совсем нечаянно попала Людкина титечка. Так себе, и покрупнее встречались, но все же титечка. Даже через одежду мягонькая, тепленькая, заманчивая. А Людмила сама прижала мою руку поплотнее. Во сне, а нравится. А у меня уж и сон пропал. Что-то там внизу зашевелилось, какие-то непонятные процессы. Батюшки, да у меня же поднялся! Прямо солдат на плацу, встал по стойке смирно. Поднялся и уперся прямо в Людкину попу. Чует, кобелина, даже через ее и мою одежду, что где-то рядом расположилась лохмашка.

Тепленькая, мягонькая, влажненькая! Ну какой тут сон. Потерся об Людкину попу. А она ответно пошевелила задом, пристраиваясь поудобнее. Твою мать! И не отодвинуться, не повернуться. Встал, вышел из машины. дверцу тихо не прикроешь, это не Лада последней модели, хлопать приходится. Вот и Людку разбудил. Пока поссал, она сходила на свою сторону. Залезли в машину, попили чайку и решили: раз уж все одно не спим, надо поесть и ехать. Разогрели консервы, запарил чаю, перекусили. Сели покурить перед дорогой. Ну и как-то так заговорили о сексе, о вынужденном воздержании в дороге, о вредном действии этого воздержания на организм. Людка и говорит, что почуяла мое возбуждение, было приятно, но вот условия не позволяют заниматься «секисом», даже подмыться негде. Были бы презервативы, тогда иное дело. А так-то она сама женщина и у нее недавно были месячные, а после них она готова изнасиловать любого. Чадушко, чего же ты молчала? Есть такое дело! Проверены электроникой.

Командировки предполагают внебрачные и случайные связи, как же без них, без гондончиков родимых. И отложили отъезд на некоторое время. Раздеваться полностью зимой в кабине машины не в кайф. Людка легла на бок, спустив штанишки до колен, выставила попу, я пристроился к ней, также спустив штаны до колен и вполне успешно, почти не целясь, попал в дырочку. Кончил быстро, а она еще быстрее меня. Была на на взводе и хватило малейшего прикосновения, что бы кончить.

Перекурили. Людка сказала, что не надо париться. В студенческой общаге у них был полный коммунизм, просить не приходилось. Захотелось — дала тому, кто понравился. Оказалась девчонкой своей в доску и по дороге к Свердловску мы повыбрасывали использованных презервативов немалое количество. Заводилой была Людка. Ей — то что, она не рулит, начинала гладить, мять и всячески выказывать свое расположение. Не мне, моему члену. А у меня руки заняты. Крутить баранку вездехода — не бублик такси вертеть.

Раздраконит, освободит приятеля из штанов, наденет на него ОЗК и присядет сверху. Попрыгает кончит и подождет, пока кончу я. Я все старался не кончать раньше ее, не по джентельменски это. А она аккуратно снимет использованное изделие и в окошко его, на мороз. Может песцы подберут, может совы на игрушки птенцам.

На базе нас порадовали, что наша накладная будет готова дня через три-четыре. С учетом смазки в виде спирта и рыбки это было нормально. Некоторые ждали и по две недели. В гостинице мест не было и женщина из отдела МТС предложила нам остановиться у нее. Живет одна, лишняя копеечка не помешает и если мы согласны, то после работы она нас примет на постой. Пробежались по магазинам, прикупили продуктов и, встретив Дарью Степановну, пошли к ней. Несколько остановок и мы дома. Блин! Какое блаженство — благоустроенная квартира! Людка сразу рванула в ванну. Отмокала долго. Потом помылся я. Пока мылся, женщины приготовили покушать. Выпили, поели. Горяченький суп не идет ни в какое сравнение с консервами. Опьянели не столько от выпитого, сколько от еды. Поговорили, как разговаривают попутчики в поезде. Можно открыться, зная, что расстанешься и никогда больше не услышишь об этом человеке. Постелила нам хозяйка на огромнейшем диване времен Очакова и покоренья Крыма.

Пожелала спокойной ночи, сказала, что нам завтра нет нужды переться на базу. Как только бумаги будут готовы, она нам скажет. Добавила, что спит крепко, пушкой не разбудишь и, если некоторые по молодому делу немного пошумят, то ничего страшного, сама была молоденькой и была та еще. Ну мы и пошумели.

Одно дело секс в одежде, оголив только лишь задницу. Другое дело, когда вся женщина, голенькая, ждущая и зовущая, лежит перед тобой. Набрасываться на такое тело грех. Его надо облизывать, как мороженное. Постепенно, пока не растает. Пока не насладишься пьянящим запахом женщины, ее вкусом. И я наслаждался, даря наслаждение Людмиле. Она кусала руки, дабы заглушить крики, грызла подушку. А я все не мог насытиться. От ее жадных губ переходил к грудкам, к сосочкам.

Ласкал животик, вылизывал пупок. А уж бедрышки и то, что они скрывали, обработал особенно тщательно. Людка, по ее же выражению, обкончалась. Когда я начал надевать презерватив, она отобрала его и отбросила в сторону. Здесь есть, где подмыться.

Ночь прошла как-то неожиданно быстро. Уснули под утро. Сквозь сон услышал, что хозяйка ходит по квартире, собираясь на работу. Натянул брюки, нигде не найдя своих трусов. Людмила раскинулась, сбросив одеяло. Тело зазывно блестело, приглашая к себе. Фигушки, провожу Дарью Степановну и тогда!… Вышел на кухню. Хозяйка почти собранная, пила чай. Попил и я. Бабулька улыбалась, убеждая, что ничего ночью не слышала, но мы молодцы, время зря не теряем. Так и надо, пока молоды.

Поинтересовалась семейным положением. Узнав, что оба пока что холосты, совсем расцвела. Уходя, погнала меня в постель. Иди, мол, пока девка не остыла. Со сна-то она самая мягонькая, тепленькая. Ну и пошел.

Уже светало. Людмила, неспокойное созданье, вновь сбросила одеяло, лежала на спине, откинув в сторону одну ногу, а вторую, согнутую в колене, поставила на постель. Розовенькая плоть зазывно блестела смазочкой, приглашая отведать это лакомое блюдо. Бусинка клитора чуть выглядывала из складок плоти. Кто же удержится при виде такого богатства, ежели еще и имеешь возможность пользоваться им. И я не стал терпеть.

Расположившись удобнее промеж ножек, осторожненько лизнул губки, бусинку клитора. Людка вздрогнула, что-то мыкнула и распахнула ноги, выставляя свою пипочку навстречу ласкам. Ну и началось! Людка теперь уж не старалась заглушить свои крики. Она отрывалась от души, не зажимаясь и не стесняясь. Она могла бы и задушить меня в объятиях своих бедер, спасся тем, что повернул ее на живот и пристроился сзади, расположившись на ее спине.

Лежим, отдыхаем. Людмила начала расспрашивать, когда это и где я научился таким ласкам. Обычно мужчины не делают этого. И я просто рассказал, что многочисленные сестренки и прочие кузины, в отсутствии родни мужского пола, сконцентрировали все внимание на мне, получая от меня удовольствие и даря его мне. И так вот чисто экспериментальным путем пришли к этому способу ласк. Людка спросила по поводу сестренок, как же я их лишал девственности и я сказал, что попа в этом случае заменяла нам сношение в пипку.

А так же титечки и ротик. И мы проверили Людмилин ротик, который оказался весьма умелым. Жизнь в общаге многому научит. И попа оказалась вполне нормальненькая. Вот тут и пригодились презервативы. Провалявшись большую половину дня и притомив гражданина залупкина до того, что пробудить его не могло уже ничто, оделись и принялись готовить еду. Вскоре пришла хозяйка, порадовала нас вестью, что завтра наши бумаги будут готовы и можно вставать под погрузку. С вечера еще посидели, пошли спать.

Меня хватило только на разок и Людка так и заснула, держа мой вялый член в руке. Проснулся от прикосновения, хозяйка набрасывала на нас одеяло, что Людмила опять скинула на пол. Прикинулся спящим. Как не прикинуться, если из одежды на мне только волосы.

Утром позавтракали, расплатились с хозяйкой, оставили ей в подарок вяленой и свежемороженой рыбки, немного спиртика. Доехали до базы. Людка пошла получать документы, я завел Урал. Еще дома договорились с хозяйкой, что будем останавливаться у нее, если она не против, а ездить нам в Свердловск еще не раз и не два. Получили добро.

К обеду загрузились. Пообедали в столовой, затарились продуктами, заправили термос чаем, а баки бензином и поехали потихоньку. По дороге Людка большую часть времени валялась в спальнике, вылезала только поесть и в туалет. Вечерами мы вновь дарили тундровому зверью использованные презервативы. А вот уж и дом. Сдали груз, отчитались за командировку, загнал машину в ремзону готовить к следующей ходке.

Вечером после танцев пошли с Людмилой в ее общагу. Я жил в балке с матерью и отчимом и вести девушку в такую тесноту было как-то неприлично. Хотя у меня и была своя комнатка, но все удобства во дворе. А ей, как молодому специалисту, выделили комнату единолично.

Дня через три-четыре мы ехали в сторону Свердловска. Обкатка молодого специалиста прошла успешно и руководство решило, что вполне справляется. Так что вперед! Мы везли подарки нашей хозяйке. К хорошему человеку и отношение хорошее.