Лена откинулась на потёртый кожзам сиденья, глядя в запотевшее стекло. За окном мелькали огни ночного города, а в машине пахло дешёвым освежителем и табаком. Я сидел сзади, пригнувшись в тени, будто невидимка. Мой собственный пароль от этой сумасшедшей реальности.
Таксист, представившийся Сергеем, бросил на неё быстрый, оценивающий взгляд. Мужик лет сорока, с тяжёлыми рабочими руками и уверенным взглядом. Не тот запрограммированный офисный планктон, вроде меня.
— Хорошо посидели? — его голос был низким, хрипловатым от сигарет.
— Муж думает, что я у подруги, — вдруг выпалила Лена. Голос её был пьяным и нарочито смелым. Она всегда так говорила, когда врала. Я знал. Я всегда знал.
Сергей хмыкнул:
— А мужик твой, получается, лох. Красивую бабу дома одну оставляет.
Лена засмеялась, и этот смех резанул меня по живому. Она повернулась к нему, и свет фонаря выхватил её влажные губы, капельку пота на шее.
— Он не оставляет. Он просто… не видит.
Тишина в салоне стала невыносимой. Я затаил дыхание, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Моя рука непроизвольно потянулась к ширинке. Я был готов к этому. Ждал. Боялся и хотел этого одновременно.
— А ты что видишь? — Сергей притормозил у светофора и повернулся к ней полностью. Его взгляд был прямым, животным.
Лена не отвечала. Она просто потянулась к нему, схватила за затылок и грубо притянула к себе. Их губы слились в мокром, ненасытном поцелуе. Я слышал чавкающие звуки, её сдавленный стон. Моя жена целовалась с незнакомым мужиком в такси, а я, её муж, смотрел на это с заднего сиденья, сжимая уже набухший член через брюки.
Они оторвались, запыхавшиеся.
— Заебешь… — прохрипел Сергей. — Такая развратная… А муж дома сопли жуёт.
— Он ничего не жуёт, — Лена уже не играла. Голос её стал низким, хриплым, каким бывал только в постели, но и то не всегда. Она расстегнула его ремень с ловкостью, которой я у неё не видел никогда. — Он просто никто.
Я зажмурился от этих слов, но пальцы уже расстёгивали мою ширинку. Больно. Унизительно. Невыносимо возбуждающе.
Сергей откинулся на сиденье, а Лена, как змея, сползла с сиденья в ноги к нему. Я видел её спину, как она суетится у его паха. Потом раздался сдавленный вздох таксиста.
— Ох, блядь… Рот… золотой…
Я приподнялся, чтобы видеть. Чтобы видеть всё. Моя жена, моя Леночка, которая делала минет только по большим праздникам и всегда с какой-то брезгливостью, сейчас с жадностью, с настоящим голодом, брала в рот член этого быдловатого таксиста. Её щёки втягивались, слышался влажный, непристойный звук её рта, скользящего по его плоти. Он был огромным. Толстым и длинным. Таким, каким я никогда не был и не буду. Лена давилась, слёзы выступили у неё на глазах, но она не останавливалась, а только глубже насаживалась на него, держась руками за его бёдра.
— Да, сука, глотай, — рычал Сергей, уставившись на неё сверкающими глазами. Он положил руку ей на голову и начал двигать её, помогая, направляя. — Вот так… Ох, ебать… Глотай полностью.
Я уже не сдерживался. Я дрочил свой член, глядя на то, как жена обслуживает другого мужчину. Её слюна блестела на его стволе, её губы были растянуты до предела. Это было самое отвратительное и самое прекрасное зрелище в моей жизни.
— Хватит, — вдруг резко сказал Сергей и оттолкнул её. — Поворачивайся ко мне задом.
Лена, запыхавшаяся, с размазанной помадой и безумными глазами, послушно встала на сиденье спиной к нему. Она сняла трусы и задрала юбку. Я видел её киску, такую знакомую, такую родную, теперь влажную и готовую для другого.
Сергей грубо шлёпнул её по ягодице, заставив вздрогнуть.
— Презик, — выдохнула она. Просьба. Не приказ.
— Не, детка, без них лучше, — он ухмыльнулся, направляя свой голый, блестящий от её слюны член к её промежности. — Я тебя в задницу выебу, а ты своему мужу потом расскажешь, как на работу ездила.
Лена что-то прошептала, но это уже было неважно. Он упёрся и одним мощным движением вошёл в неё. Не в задницу. В неё. В её киску. Глубоко и до конца.
Она вскрикнула — не от боли, а от шока, от заполненности, и этот крик перешёл в протяжный, дрожащий стон.
— Даааа… вот так… охуенно…
Он начал её трахать. Жёстко, по-хозяйски. Машина раскачивалась на месте. Он держал её за бёдра, впиваясь пальцами в кожу, и утягивал её на себя с каждым движением. Лена упиралась лбом в стекло, оно запотело от её дыхания. Она стонала, мычала, её тело било мелкой дрожью.
Я видел всё. Как его яйца хлопали о её плоть. Как её киска принимала его весь, влажно обхватывая. Как её упругая попка пружинила под его ударами. Я дрочил в такт его толчкам, забыв обо всём. О ревности, о стыде. Осталась только животная, низменная жадность.
— Кончай на меня, — вдруг застонала Лена, повернув к нему голову. — Кончи на меня, я хочу это почувствовать!
Сергей зарычал, его тело напряглось в последнем мощном движении. Он вынул член и обдал её спину и ягодицы густой, горячей спермой. Белые капли стекали по её коже, пачкая юбку.
Она медленно опустилась на сиденье, вся дрожа, с закрытыми глазами.
Тишину нарушил только мой сдавленный хрип. Я кончил себе в руку, судорожно сжав зубы, чтобы не закричать. Волны оргазма бились о моё тело, смешивая наслаждение с горечью и унижением.
Сергей поправил штаны, завёл машину.
— Адрес сбросишь? — спросил он у Лены, будто ничего и не было.
Она кивнула, не глядя на него, и принялась приводить себя в порядок. Она вытерла сперму платком и смотрела в своё отражение в стекле.
Я сидел сзади, запахивая пиджак на испачканные брюки. Мы не сказали ни слова. Она вышла у нашего дома, так и не обернувшись. Я вышел следом, когда она уже скрылась в подъезде.
Я заплатил Сергею через приложение. Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Его взгляд был спокойным, понимающим.
— Ну что, мужик, понравилось шоу? — спросил он просто.
Я кивнул, не в силах вымолвить слово.
— Пиздец, ты странный, — хмыкнул он.
И уехал, оставив меня на тротуаре одного. Пахло бензином, ночным городом и моей новой реальностью.
Загрузка...