В первых днях июня мне свекровь предложила поехать с ней в санаторий. По какой-то причине свёкру — (её мужу) не дали отпуск, и чтобы не пропали затраченные деньги и не ехать одной, её выбор пал на меня, конечно после поиска напарниц среди знакомых и родственников, желающих посидеть на природе между столовой и прогулками по лесной местности, не нашлось. Я не особо имела желания ехать туда, так как там по их же рассказам обычно собирались все, кому уже ЗА, там не то что практически отсутствовала молодёжь, но и вся обстановка была создана не для молодого поколения. Но подумав, что две недели лучше провести там, чем в домашних заботах, я дала согласие.
Свекровь — крупная, упитанная женщина где-то чуть за метр восемьдесят, с большой грудью и не менее крупным задом, постоянно обтянутым джинсами. Кстати, в этом месте я впервые увидела её в платье, которое чуть скрывало её размеры. Нас поместили в апартаментах, где было две комнаты и душ с туалетом. Меня она разместила в первой комнате, большей, похожей на зал, а сама поселилась в меньшей, но с выходом на балкон. Первая неделя прошла скучно. Почти каждый день шёл дождь, лишь в конце выглянуло солнце, и мы после обеда пошли в лес по тропинке, которого вышли к реке. Там было много наших, блуждающих вдоль берега, где мы и встретили Владимира Андреевича. Он с первых дней оказывал внимание свекрови, а последние пару дней даже перебрался к нам за стол. Свекровь по виду была довольна этой встречей, так как на её лице появилась улыбка, что для меня было странным, ведь одаривала она ею очень редко. Они остановились, а я пошла дальше.
Пройдя несколько метров, я обернулась. Они стояли друг перед другом, он ей что-то говорил, размахивая руками, а она иногда из улыбки переходила на смех. «Во дают», — подумала я. Нашли родственные души, правда телом разные: она такая плотная, высокая, а он худенький и на голову ниже, да ещё лысина, которую прикрывал бейсболкой. Когда я обернулась второй раз, их уже не было. Не было их и на ужине, так что после него я забралась в постель с ноутбуком. Когда стемнело, по коридору послышались шаги. Я подумала, что это свекровь, и, отложив ноутбук и выключив свет, притворилась, что сплю. За дверью слышен был шорох и хихиканье свекрови. Приоткрыв дверь в мою комнату, она спросила: «Света, ты спишь?» Я промолчала, она повторила ещё раз, после чего прикрыла дверь. «Спит», — сказала она, открывая дверь в свою комнату. — «Но всё равно тихонько проходи», после чего в комнате загорелся свет. Его было видно через моё окно. Я опять взяла ноутбук. Но не успев включить, как свет в комнате свекрови погас. «Странное дело», — подумала я и, отложив его, вышла в коридор. Дверь в её комнату была чуть приоткрыта. Свет в комнате не горел, и было очень тихо. «Может, они ушли?» — подумала я и взглянула на входную дверь. Она была закрыта изнутри. «Заснули, что ли?» — усмехнувшись, подумала я. Но только я сделала шаг в свою комнату, как из комнаты свекрови донёсся её голос.
— Владимир Андреевич, ты это что удумал? — сказала она.
— Я, наверно, не так что-то сделал?
— Владимир Андреевич, у меня уже как бы возраст не для этих дел. Я не… я как… Да и это как-то неожиданно так.
— Причём тут возраст? Разве он как-то ограничивает это всё?
— Я не задумывалась об этом, просто уже как-то и не хочется этим заниматься. Нет того влечения и желания, а без них всё это пошло и стыдно.
— Анна Ивановна, ты о чём? Чего тут пошлого и стыдного? Давай хоть полежим рядышком.
— Если ты хочешь, давай полежим.
Слышно было, как они легли на кровать.
— Ты же сказал, что просто полежим, — сказала свекровь. — А сам что делаешь? Неужели тебе нравится это трогать руками?
— Нравится, там приятно, тёпленько и мягко.
— Ну вот теперь и мокренько.
— А говоришь, нет желания.
— Желание может и есть, но у неё, а не у меня. Эти органы живут своей жизнью и не зависят от наших желаний и действий. Вот у тебя желание как бы есть, а у него… Блин, да он у тебя… Да ты что серьёзно? И давно так напрягся?
— Как только легли.
— Думаю, ты недолго будешь это делать?
— Думаю, недолго.
— Ну ладно, куда тебя девать. После такого, если не разрядится, может и что-то заболеть. Только смотри, это я из-за жалости к тебе.
Послышалось, как она встала с кровати, а через минуту опять легла. Наступило минутное затишье, затем скрипнула кровать.
— Не спеши, — я помогу, — сказала она. — Медленнее, там давно его не было, так что… аккуратнее. У-у-у, — произнесла она, — туго-то как. Ты подержи так, она сейчас привыкнет, затем можно и… Ой, блядь, что же я делаю? Всё, всё, мне что-то не по себе. Выходи. Блядь, блядь, дура старая, позорище-то какое, — бормотала она.
— Анна Ивановна, милая, успокойся, всё же хорошо, — прошептал он, глубоко дыша.
— Мне не очень хорошо, — сказала она, после чего послышался скрип кровати, который становился всё чаще и чаще.
— Ты скоро? — спросила она. Он молчал, а кровать пела свою песню. А через несколько минут послышался тихий стон и дыхание свекрови. Стон усилился и перешёл на набор каких-то звуков: она охала, ахала, ойкала, выла и мычала, а потом громко выкрикнула: «Ой, блядь, ну как же это хорошо!» После чего затихла. Кровать скрипела ещё пару минут, после чего наступила пауза.
— В меня, Володенька, туда сливай, не вытаскивай, — сказала она, и в комнате наступила тишина.
Я вернулась в постель. Через минут десять свекровь пошла в туалет. Когда вернулась, я уже не слыхала, так как заснула. А разбудил меня скрип кровати в соседней комнате. Они трахались, забыв о том, что я рядом и могу это слышать. Даже стон свекрови пробивался через стену. После всего этого наступила тишина, затем шаги и стук двери. «Ушёл», — подумала я и решила полежать, пока не встанет свекровь. Пролежав полчаса, я встала и стала собираться на завтрак. В комнате свекрови было тихо. Заглянув туда, я увидела её на кровати. Она спала на спине, откинув голову к стенке, вытянув одну ногу и поджав другую. У меня между ног было сыро, мокрый волос обхватывал лобок, а влагалище было приоткрытым с торчащими губками, из которого был след вытекшей спермы. Я тихонько закрыла дверь и пошла в столовую.
События, подобные этим, продолжались до нашего отъезда. Стоны и скрип кровати я слышала каждую ночь и каждое утро. А бывало, они уходили в комнату, оставляя меня на дворе. За неделю свекровь заметно похудела и похорошела, так как ходила только на обед, пропуская завтрак и ужин. Когда приехали домой, свёкор не узнал её. Да и действительно она выглядела куда моложе, чем перед отъездом.
Загрузка...