«Вот такая мясорубка» — так говорят у нас на районе. Это выражение как нельзя лучше описывает мою ситуацию и жизнь вообще. Мне тридцатник стукнул, а добиться в жизни так ничего и не удалось. Живу с мамой, женой и младшим братом в трёшке. Мой брат — Роман ещё подаёт какие-то надежды на светлую жизнь: ему 26, работает в приличной фирме программистом, не то что я — автомеханик.
Если бы не мама, мы с братом вообще бы уже давно бомжами стали. Мама у нас как двигатель прогресса: вырастила нас, воспитала как ни как, помогла с образованием, и вообще у неё хватает сил на всё. Ей 50, но так и не скажешь, как говорится, и душой, и телом молода, ей никто больше 35 не даёт. Мне иногда даже кажется, что я выгляжу старше по сравнению с ней. Жена — Ольга с моей мамой общаются как подруги, а не как свекровь и невестка. Однажды я даже поймал жену за тем, что она обсуждала наш секс с моей мамой. Так и жили мы серыми буднями, иногда, конечно, выдавались солнечные деньки, но их можно счесть на пальцах.
Всё изменил один день, а точнее ночь. Это была суббота, серая, зимняя, холодная суббота. Все сидели по своим комнатам, закутавшись в одеяла, и смотрели, кто что любит. Мы с женой смотрели «Клинику» по ноуту. Так прошёл весь день, а после общего ужина мы разошлись по комнатам и улеглись спать. Проснулся я посреди ночи ни с того ни с сего, просто как будто тумблер щёлкнул.
Жены в постели со мной не было. Сначала я подумал, что она пошла в туалет, но после пяти минут ожидания она не вернулась. Я решил проверить, вышел в коридор и увидел, что в ванной, туалете и на кухне никого нет, а из-под двери, которая вела в комнату брата, лился тусклый свет и слышалась какая-то возня. Я тихо подошёл к двери и медленно открыл её. Тот миг я никогда не забуду и чувства, которые испытал. В полумраке я увидел жену со спущенными до колен трусами, стоящую буквой «г», руками упершись в спинку дивана, и брата, который тарабанил её сзади как кролик.
Жена, от наслаждения закрыв глаза, двигалась навстречу члену, входящему в неё с поразительной скоростью. Сначала меня захлестнул гнев, но он быстро сменился опустошённостью и безразличием, и я просто закрыл дверь и лёг обратно в кровать. В тот момент мне казалось, что мир рухнул, я был растерян, ведь я думал, что потерял сразу двоих близких мне людей: жену — шлюху, и брата — иуду.
Захотелось сбежать из дому и больше никогда не возвращаться, не видеть их больше никогда. Я почувствовал, как кто-то зашёл в комнату и лёг на кровать. Я пробубнил «что, натрахалась?», ожидая услышать голос жены, но услышал не голос Ольги в ответ, а мамы. «Не бери близко к сердцу, всякое в жизни бывает», — сказала мама. «Ты знаешь? И давно это у них?» — спросил я. «Да они ещё на свадьбе вашей переспали, когда ты пьяный отсыпался. Вот с тех пор и пошло у них. Но ты не думай, что она тебя не любит, она вас обоих любит». «Обоих любит!» — со злостью повысил я голос. — «Она моя жена, а он мой брат. Это всё равно как если бы я переспал с тобой». «Ну и что тут такого?» — сказала мама. «И что такого?» — повторил я с возмущённой интонацией и сразу рявкнул: — «Ну вставай раком, ща трахаться будем». В пылу гнева и обстановке полумрака все грани размазались и повисло чувство нереальности происходящего, но на самом деле всё было реальней реального. «Ты уверен?» — спросила мама.
Я разгорячённый ответил: «Ну всякое ж бывает!» Мама ещё несколько секунд пролежала, не двигаясь, и я почему-то думал, что она сейчас встанет и просто уйдёт к себе. Я по-прежнему не рассматривал вариант трахнуть её, а всё, что я ей говорил, было провокацией и протестом. Но когда она приподнялась и стала, как я её просил, раком передо мной и закинула край ночнушки себе на спину, оголив свой зад, я был ошарашен и не верил своим глазам.
Мой член начал вставать на собственную мать, и я не мог с этим ничего сделать, да уже и не хотел. Принять другую реальность оказалось так просто и так приятно, что сомнений даже не возникло. Я просто про себя подумал: «Пошло оно всё, раз так — я сделаю это». Я приспустил трусы и в этот момент услышал: «Ну что ты там, долго?» — посмотрев из-за спины, сказала мама. Я, не ответив, подполз на коленях к её попке, стащил трусы и, направив член в нужном направлении, легко вошёл в мамину щель. Она тихо простонала, а у меня спёрло дыхание и заколотилось сердце.
Я очень медленно начал двигаться, относясь к маме как к какому-то хрупкому сосуду, не знаю, почему так. У мамы внутри было не так узко, как у жены, но всё равно довольно узко, а ещё очень тепло и скользко — даже жена не всегда так текла. Каждые несколько секунд возникала мысль, что мой член сейчас в родной маме, что я трахаюсь с ней, я держусь за её круглую задницу и натягиваю на свой член. Уровень возбуждения был критичен в эмоциональном плане, было чувство, что сейчас пойдёт кровь из носа.
«Денис, а что, если Ольга зайдёт?» — неожиданно спросила мама. Я, ничуть не смутившись, ответил: «Пусть заходит, ей можно, а мне что, нет!» А через пару секунд после того, как мозг прорисовал, как это будет происходить и выглядеть, я наоборот во что бы то ни стало решил тянуть время, чтобы жена увидела нас с мамой, трахающихся в нашей кровати. Эта идея полностью поглотила меня, я хотел мести и представлял, какой сладкой она будет. Но тянуть время оказалось не такой простой задачей. Какое-то время я просто медленно трахал маму, пока она стояла раком, но я чувствовал, что скоро кончу, а на второй раз мама может уже не согласиться, да и мне нужна будет передышка.
Тогда я попросил маму лечь на живот, а сам лёг на неё и начал то входить, то выходить с большими паузами. Но мама сразу всё поняла, спросив: «Денис, ты хочешь, чтобы Ольга нас так увидела, да?» «Да, пусть увидит!» «Ну так бы сразу и сказал. Давай я сверху, так лучше будет, поверь», — сказала мама. Я был удивлён, что маму это не смутило, и откинулся на спину, а мама, привстав на колени, через голову сняла ночнушку, и я увидел её большие красивые груди, слегка колыхнувшиеся от движения. Мама перекинула через меня ногу и, взявшись за мой член, направила его себе.
Я снова был внутри своей матери и снова разум начал погружаться в туман. Мама начала очень медленно качаться на мне, как в замедленной съёмке, а мне захотелось взяться за её качающиеся большие груди. Я потянулся руками к ним и, обхватив по сторонам, свёл их вместе. Они были божественно мягкие и приятные на ощупь, и форма — не как у вымени, как бывает с разжиревшими бабами, а красивой подтянутой груди. Я всецело и полностью наслаждался процессом, и было видно, что мама тоже.
С женой мне так хорошо не было никогда. «Держишься?» — спросила мама. «Пока да», — ответил я. И буквально по прошествии полуминуты я слышу звук открывающейся двери, потом тихие шаги по коридору и понимаю, что сейчас зайдёт в комнату жена. Но шаги прошли мимо, и стал слышен звук воды. «Пошла в ванную», — прошептала мама, не прекращая насаживаться на мой член. Звук воды прекратился, несколько секунд ожидания, очень томительных, но безумно приятных. Дверь в нашу комнату стала медленно приоткрываться — видимо, Ольга опасалась меня разбудить. Мы с мамой уставились на дверь, мама перестала двигаться и просто сидела с моим членом внутри неё.
Ольга зашла в комнату и, наверное, не поверив своим глазам, тут же включила свет. Всё застыло на какое-то время. Моя жена просто в дичайшем недоумении смотрела на нас с мамой, и это было именно то, чего я хотел и ожидал. Я тут же почувствовал моральное удовлетворение — месть оказалась неописуемо приятной. После не короткой паузы я решил первым нарушить тишину и сказал: «А что тебе можно, а мне нет?» «Ты больной! Это твоя мать! Что вы творите!» — услышал я в ответ. «Ты спала с моим братом. Кто ещё из нас больной!» После этих слов мама хотела было слезть с меня, но я удержал её за бёдра и сказал, что хочу закончить.
Она меня поняла с полуслова и начала насаживаться, но уже не так медленно, как раньше. У Ольги от удивления открылся рот. Тут в комнату зашёл Роман, видимо услышав крики Ольги, и, обалдевший от картины, которая перед ним открылась, выдал только связку отборнейших матов. И как раз в этот момент я начинаю кончать — очень долгим и красочным оргазмом, каких я не испытывал до этого никогда. Мама ещё сделала пару движений в конце и, встав с члена, пошла в ванную, по дороге проливая на пол нашей комнаты из себя мою сперму.
Это выглядело по-особенному, так что все в комнате не могли отвести от происходящего свой взгляд. «Ты конченный!» — услышал я от брата после того, как мама зашла в ванную. «Пошли, Ольга», — уводя за собой мою жену, сказал Роман. Они закрылись в комнате, а я остался лежать на кровати, и в голове был просто какой-то шум, мыслей не было. В комнату зашла мама, на ней было обёрнуто полотенце — видимо, после душа.
Она выключила свет, и в комнате опять воцарился полумрак. «Тебе легче?» «Не знаю», — ответил я. Я почувствовал, что опять возбуждаюсь, так как, увидев маму в полотенце, в глазах сразу всплыли картинки, как я её трахал десять минут назад. «Давай ещё?» — спросил я. «Я думала, ты просто хочешь отомстить Ольге». «Это да, но ты меня так возбудила, когда мы перед Ольгой трахались, что я теперь хочу ещё».
Маме, видимо, понравилось то, что она услышала от меня, и она распахнула полотенце, тем самым соглашаясь на предложение. В прошлый раз всё происходило как-то сумбурно, и я не в полной мере насладился происходящим. Сейчас же я мог это сделать. Я лёг сверху, мама развела широко ноги, и я вошёл. Её груди колыхались в такт с моими движениями, я чувствовал, как она истомно дышит. Хотя в комнате и был полумрак, но наши взгляды были крепко привязаны друг к другу, и это уносило меня куда-то в космос.
Сейчас мы трахались точно ради удовольствия, а не мести или чего-то ещё. Я почувствовал, как мама начала ёрзать подо мной и ещё как внутри у неё начало всё пульсировать, и я не смог себя сдержать и выдал пару струй спермы прямо в неё, и ещё несколько ей на живот, когда вынул член. «Опять надо идти в ванную», — тихо прошептала мама. «Не надо, я хочу ещё, но чуть позже. Давай просто полежим», — ответил я. «Это будет третий раз», — со странной интонацией прошептала мама.
«Да хоть десятый», — прошипел я. Переводя дух, как-то само собой я начал вслух воспроизводить свои мысли. Я был очарован формами маминого тела, они были такими округлыми и пышными, все линии изгибов — плавными и сексуальными, не то что у Ольги — одни кости, торчащие бёдра и треугольная жопа. «У тебя, мам, такие красивые ляжки и такая сочная жопа, грудь вообще божественная», — продолжал я. — «Я когда трахаю Ольгу, её кости прям впиваются в меня, как будто скелет трахаешь, а когда тебя — ты такая мягкая и грациозная». Да, сейчас понимаю, что тогда это звучало уж слишком откровенно и даже чуть по-странному, но в ту ночь странным было всё.
Мама ничего не говорила, но я думаю, ей было приятно меня слушать. И когда я закончил, прошло как раз минут тридцать, может, сорок. Мама потянулась ко мне и, перекинув свою сочную ляжку через меня, поцеловала меня в губы — без языка и не в засос, просто соприкасаясь, — и вставила мой член к себе. Начала качаться, как в тот раз, когда мы ждали, пока зайдёт Ольга и увидит нас.
У мамы внутри чавкало от того, что там осталась моя сперма с предыдущего раза, и я чувствовал, как она просачивается и стекает по моему члену. Это перевозбудило меня, и я опять начал кончать в маму, прижав её к себе. После долгой передышки я ещё раз кончил в маму, когда мы трахались боком, и раз между её ягодиц, когда трахал её, лёжа на животе. После этого мы так и заснули — все потные и в сперме, в нашей с женой кровати.
Загрузка...