У меня верная жена Ирина. Да я так всегда думал до одного дня.
Однажды, я три месяца провел в дальней командировке. Провел честно – не коснулся ни одной женщины. Приехал домой до того истосковавшимся по Ирине, что едва не кончил от ее объятий в аэропорту. Трахнулись сразу, как только зашли в квартиру. Наутро в прекрасном настроении, после бурно проведенной ночи, раскладывал вещи в платяном шкафу. Ира готовила завтрак. Неожиданно с верхней полки мне под ноги упала пестрая коробочка. Поднял. Это была вскрытая пачка презервативов. Открыл, в ней было только два — одного не хватало. Меня словно ударили обухом по голове. Свет потемнел. Мы с женой не применяем презервативы. У Иры для предотвращения нежелательных последствий вставлена спиралька. Размышлял минут десять. Что делать? В мозгу вертелись слова: верная жена, верная жена, верная жена. Постой, это же ее слова: «Сережа я тебе буду самой верной женой!» Она произнесла их в нашу первую брачную ночь.
До свадьбы у нас были только поцелуи, объятия и не более. Ира мягко пресекала все попытки положить ей руку ниже пояса. Она была девственницей. Да и у меня было всего одна девица – не оставившая о себе никаких воспоминаний и ничему меня не научившая.
Фактически она была у меня первая и до сего дня единственная. Я был ей благодарен. И постоянно помнил тот вечер, когда после свадьбы мы остались одни в комнате. Был полумрак – горели только ночники. Тишина была до звона в ушах. Мы стояли друг против друга, глядели в глаза, не решаясь приступить к тому, что так долго ожидали. Глубоко вздохнув, словно на что-то решившись, Ира медленно подняла руки и стала снимать фату. Шпильки с легким звоном посыпались на ковер. Наконец фата, как большая белая бабочка, медленно кружась, спланировала на пол. Не отрывая своих лучистых, сияющих глаз от моих, Ира, также медленно завела руки за спину и расстегнула молнию на платье. Платье, тихо шурша, скользнуло с ее плеч. Ира слегка помогла руками проводить его вниз на бедрах. И вот в потоке лунного света и ночников стоит моя молодая супруга только в белоснежных атласных трусиках и лифчике. Я поразился той метаморфозе в ее облике, что произошла в эти мгновенья. Вместо, как мне раньше казалось, дробненькой девушки, с маленькими ручками и худенькими икрами, передо мной стояла девица с довольно пышными бедрами, и широкой грудью. Еще раз, глубоко вздохнув, Ира расстегнула лифчик и, придерживая чашечки руками, робко отвела их от груди. Я впился глазами в ее широкую, слегка раскосую грудь с небольшими розовыми сосками. Даже в полумраке, царившем в комнате, было видно, что лицо Ирины полыхало. Она волновалась, часто и глубоко дышала – грудь ее поднималась и опускалась. Мой член начал наливаться и подниматься. В висках я слышал частый, громкий стук моего сердца. В полной тишине, не произнося ни единого слова, Ирина медленно стала снимать трусики. Когда открылся вид ее рыжеватого, кучерявого в мелких колечках лобка, сердце было готово вырваться из моей груди. И вот уже полностью обнаженная супруга в первый раз стоит передо мной, прижимая руки к груди.
— Сережа… Что же ты стоишь… Ну…Сережа… — робко, прерывисто, сухим срывающимся голосом произнесла она.
Опомнившись, я быстро скинул с себя галстук, рубашку и брюки. Взявшись за плавки, спуская их вниз, взглянул на Иру. Мне было интересно рассмотреть ее выражение лица, как она отреагирует, когда впервые в жизни увидит мужской член. Меня это очень возбуждало. Но она смотрела только мне в глаза, видимо стесняясь глянуть вниз.
Взяв ее за дрожащую, горячую и потную ладошку подвел к кровати. Еще раз глубоко вздохнув, окончательно решившись, Ира спиной легла на кровать поверх одеяла, закрыла глаза и вытянула руки вдоль тела. Белеющее под бледным светом тело казалось мраморным.
Я тихонько прилег рядом с ней. Жадно, в первый раз, разглядывал каждый изгиб ее тела. Очень хотелось увидеть щелку ее «красавицы», но, к сожалению, ее сомкнутые полные бедра и колечки волос лобка полностью скрывали ее.
Решившись, я осторожно положил свою руку ей на грудь. Ира часто начала дышать, словно ей не хватало воздуха. У меня во рту все пересохло. Осторожно помял ее грудь, слегка погладил соски. Я словно исследовал ее. Я действительно был первооткрывателем.
Все происходило в полной тишине. Моя рука скользнула низ, и легла на нежный и шелковистый, светло рыжеватый «мох» лобка. Ни одна мужская рука еще не ложилась на него. Осторожно попытался пальчик просунуть дальше внутрь. Сжатые бедра немного раздвинулись. И наконец я увидел, то о чем мечтал в своих снах — бледные, маленькие, слегка сморщенные розовые губки «красавицы».
Ирина продолжала также неподвижно лежать с закрытыми глазами. Только легкий румянец на щеках, выдавал ее волнение.
Я попытался просунуть пальчик дальше в щелку «красавицы». Внутри было влажно. Неожиданно вздрогнув, Ира остановила мой пальчик:
— Больно.… Попытайся милый зайти САМ…. – она не смогла выговорить слово ЧЛЕН.
Мой член уже перевозбудившись, подрагивал от нетерпенья. Я осторожно лег сверху на ее прохладное тело. Раздвинув ноги, жена, вся дрожа, не открывая глаз попросила:
— Сереженька, войди в меня….
Я никогда не забуду то ощущение, какое передалось мне, по мере того, как мой член чуть, чуть вскользнул в нее. Словно я весь переместился на кончик его головки. Я просто физически ощутил, как он скользнув по клитору, впервые раздвигает девственные губы, продвигаясь вглубь.
Ирина часто задышала. Видно, что ее это тоже возбуждало и ей хорошо. Руки обвились вокруг моей шеи. Наши губы слились в поцелуе.
Член продвинулся еще немного, и, я ясно это почувствовал, уперся во что-то. В этот момент Ирина вздрогнула, слегка вскрикнув от боли.
— Больно….
Я замер. В голове метнулась мысль — что делать? Я растерялся. Двинулся было назад. Но Супруга придержала меня:
— Серенький, стой, не выходи…. Осторожно, без рывков, пробуй двигаться дальше… Только медленно… Прошу тебя…. Медленно…. — последнее слово она произнесла буквально по слогам.
Под эту просьбу, я весь, мгновенно вспотев от напряжения и боясь доставить жене боль, попробовал протиснуть член дальше. Но он постоянно упирался в преграду, вызывая стон у жены.
— Милый давай я попробую сама.
Ирина положила руки мне на зад и осторожно, очень медленно, контролируя свою боль, начала давить его на себя. Неожиданно я почувствовал, как мешавшая мне внутри преграда стала раздаваться в стороны. А член протискивается сквозь нее внутрь. Ирина только слегка стонала, сжимая губы. На лбу у нее вступила испарина. Слышалось слабое:
— Ммм… мм.. ммм….
Наконец, разрываясь целка скользнула вдоль всего члена, и он провалился по самые яйца в «красавицу». От неожиданности мы оба остановились. Я попытался двинуть его назад и снова вперед, но Ирина остановила, попросив:
— Сережа, дай немного передохну.
Через минуту.
— Сережа, ну что-же ты…
Я начал вгонять член в жену сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Сначала Ира закусывала губы, но по мере ускорения моих движений, ее лицо стало расслабляться. Вдруг мышцы ее «красавицы» сжали мой член с такой силой, что я ощутил небольшую боль.
— Серенький сильнее, сильнее…. милый… ну сильнее…
Ирина неожиданно стала кусать меня за плечо — она кончала, часто целуя меня:
— Серенький, Серенький мне никогда так не было хорошо… никогда…. милый… любимый…
С этими словами мой член взорвался, выстрелив в нее, все, что я накопил за месяцы дружбы и любви с ней.
Лишь только тот, кому посчастливилось самому «раскупорить» любимую женщину, поймет, сколько гордости доставили мне эти слова супруги. В медовый месяц оргазм она испытывала по несколько раз в день. Я спросил жену:
— Ириш, ты будешь меня любить всегда?
— Да Серенький только тебя. Я буду тебе верной женой, самой верной…
… И вот сейчас я верчу в руках пачку презервативов. Вот так верная жена. А почему нет? Разве я сам был всегда ей верен? Как не тяжко было на сердце, решил забыть о находке — сам частично виноват, не надо было жену оставлять так долго одну. Вернул пачку на место.
… К вечеру она исчезла.
Загрузка...