Жара обволакивала нас. Воздух в деревянной коробке сауны был обжигающим, с терпким запахом эвкалипта, который щекотал ноздри. Мы с Леной рухнули на верхнюю полку, распластавшись на грубых полотенцах. После часового марафона в качалке каждая мышца ныла приятной усталостью, а жар проникал глубоко внутрь, выгоняя последние остатки напряжения. Я закрыл глаза, слушая тихое шипение камней, на которые плеснул воды какой-то невидимый мастер.
Когда я их открыл, то увидел их. Пара, сидящая напротив, на ступеньку ниже. Он – высокий, с гибким, тренированным телом, покрытым темными татуировками, что переплетались на его груди и руках. Его член, толстый и длинный, мягко лежал на бедре, и я невольно сравнил его со своим, средним, скромно устроившимся между ног. Она – рыжая, с озорными веснушками на носу и гибким, как у гимнастки, телом. Её маленькая, упругая грудь была украшена серебряными пирсингами в сосках, которые поблескивали в тусклом свете единственной лампы. Их полотенца были сброшены в ноги.
Лена, моя Лена, лежала с закрытыми глазами, но уголок её губ был поднят в едва уловимой улыбке. Её тело, вылепленное годами упорных тренировок, блестело от пота. Капли стекали по плоскому животу, исчезали в темной щели между её стройных, сильных ног. Она была выбрита начисто, и я знал, какая нежная и гладкая кожа скрывается там. Я чувствовал знакомый трепет внизу живота. Гордость и что-то еще, более темное, более запретное.
Она потянулась, как кошка, и её движение было настолько откровенным, что у меня перехватило дыхание. Затем она медленно, почти ритуально, сбросила с себя полотенце. Оно соскользнуло на деревянный пол с глухим шлепком. Она села, облокотившись на локти, и раздвинула ноги чуть шире, чем того требовала простая расслабленность. Её киска, влажная от пота, приоткрылась, и я увидел темный розовый просвет между пухлых губ. Она дышала глубоко, и её грудь поднималась и опускалась, притягивая взгляды.
Татуированный парень не скрывал своего интереса. Его взгляд скользил по телу Лены, как бы ощупывая его. Его рука лежала на колене рыжей, но его внимание было всецело поглощено моей женой. Рыжая, казалось, не только не была против, но и сама с любопытством разглядывала Лену.
«Жарко», – просто сказала Лена, и её голос прозвучал соблазнительно.
«Невероятно», – ответил брюнет, и его голос был низким, бархатным.
Это был момент, когда все изменилось. Невинная игра превратилась в нечто иное. Рыжая провела рукой по ноге своего парня, а затем, словно невзначай, её пальцы коснулись моей голени. Прикосновение было горячим, влажным, электризующим. Я вздрогнул, но не отодвинулся.
Лена открыла глаза и посмотрела прямо на брюнета. «А тебе не жарко?» – спросила она, и в её тоне была вызов.
Он ухмыльнулся и сбросил своё полотенце. Его член, до этого полувозбужденный, начал наливаться, становясь еще больше, толще. Он был внушительным, и мое сердце забилось чаще от смеси ревности и возбуждения.
Лена медленно спустилась с полки и подошла к нему. Воздух застыл. Пар клубился вокруг её тела, делая её похожей на призрака из сна о похоти. Она опустилась перед ним на колени. Дерево было горячим и шершавым под её кожей. Я не мог отвести глаз. Моя собственная эрекция стала твердой, как камень, болезненно пульсируя.
«Лена…» – начал я, но слова застряли в горле.
Она посмотрела на меня через плечо, и в её глазах я увидел не просто похоть, а торжество. Она хотела этого.
Она наклонилась и взяла его член в руку. Он был огромным в её ладони. Пот стекал с её лба, смешиваясь со слюной, когда она провела языком по его головке. Он застонал, запрокинув голову назад. Звук был животным, первобытным.
Рыжая, видя это, подползла к Лене сзади. Она раздвинула её ягодицы и без прелюдий приникла губами к её киске. Лена взвизгнула, и звук превратился в долгий, прерывистый стон. Её тело задрожало, а рот насаживался на член брюнета все глубже, пока она не начала давиться. Слюни пузырились у её губ, смешиваясь с потом на его коже. Я видел, как глотка Лены напрягалась, пытаясь принять его толщину.
Я подошел, не в силах больше оставаться в стороне. Я встал перед ней, и она, не выпуская члена брюнета изо рта, потянулась ко мне, взяв мой в свою горячую, влажную ладонь. Это было невероятно. Унизительно и возбуждающе до безумия. Видеть, как твоя жена, любовь всей твоей жизни, с жадностью обслуживает другого мужчину, чувствовать её прикосновение к себе – мой мозг перегревался.
В этот момент дверь сауны скрипнула, и внутрь вошел еще один человек. Мужчина лет сорока, с седеющими висками и опытным, спокойным взглядом. Его тело было волосатым, мощным, не спортсмена, а рабочего. Его член, толстый и жилистый, уже был в полной боевой готовности. Он ничуть не смутился, увидев нас. Он просто сел на лавку и стал наблюдать, положив свою тяжелую, волосатую руку на основание своего члена.
Брюнет, не выдержав, поднял Лену и уложил её на спину на деревянную лавку. Её тело блестело, как мокрый мрамор. Он раздвинул её ноги, встал между ними и без лишних слов приставил свою головку к её растянутому, блестящему от слюн рыжей входу.
«Давай же, еби её», – прошептал я, и слова вырвались сами собой.
Он вошел. Не сразу. Его толщина растягивала её. Лена закричала, но не от боли, а от дикого наслаждения. «ДА! ГЛУБЖЕ!» – заорала она, и её крик отдался эхом от деревянных стен.
Он начал двигаться, и звук был отвратительно влажным, хлюпающим. Её киска, обычно такая тесная для меня, принимала его, обволакивала, хлюпала вокруг его ствола. Я видел каждую жилку на его члене, каждый сантиметр, который он вгонял в моего жену.
Волосатый мужчина подошел сзади. Он провел пальцами между ягодиц Лены, собирая слюну и пот, и направил свой член к её заднему проходу. Лена замерла.
«Можно?» – спросил он, и его голос был грубым, как наждак.
Лена, не в силах говорить, лишь кивнула, её глаза были закачены от наслаждения.
Он вошел медленно, но напористо. Лена вскрикнула, её тело напряглось. Двойное проникновение. Она была зажата между двумя телами, двумя членами. Её киска растянута до предела, её анальное кольцо жгуче сжимало другого мужчину. Пот был их смазкой, жар – их афродизиаком.
«Смотри, как они меня трахают, милый», – прошептала она, глядя на меня мутными, безумными глазами. «Смотри, какая я шлюха».
Эти слова добили меня. Пока брюнет и седой методично долбили её, я отвернулся и увидел рыжую. Она стояла на четвереньках, её упругая попка была поднята в воздухе. Я подошел к ней сзади и вошел в неё одним резким толчком. Она была узкой, горячей, её влагалище сжалось вокруг меня как тиски. Она застонала, а затем наклонилась дальше и взяла в рот яйца седого мужчины, который в этот момент трахал мою жену в зад.
Картина была сюрреалистичной. Пять потных, дышащих тел, сплетенных в единый клубок похоти. Звуки: хлюпанье, шлепки кожи о кожу, влажное чавканье, хриплые стоны, мат. Пот тек ручьями, капал с грудей на тела, смешивался с выделениями. На полке валялась бутылка с маслом для массажа. Кто-то, кажется рыжая, схватила её и вылила содержимое на спину Лены, на её ягодицы, делая кожу скользкой, почти неуловимой.
Я трахал рыжую в догги-стайл, глядя, как два самца используют мою жену. Её киска хлюпала, её анус был растянут до предела, её рот был открыт в беззвучном крике экстаза. Брюнет ускорился, его яйца хлопали о её плоть. Седой мужчина вонзал в неё свои пальцы в её упругие ягодицы, его волосатый живот прилипал к её спине.
Я чувствовал, как подходит моя кульминация. Это было неудержимо.
«Я сейчас кончу», – простонал я.
Рыжая, поняв, выскользнула из-под меня и повернулась ко мне лицом. Она открыла свой рот, и её язык повел себя вызывающе.
В тот же момент брюнет, трахавший Лену, вытащил свой блестящий член и облил её лицо горячими струями спермы. Она зажмурилась, и белые капли растеклись по её щекам, лбу, смешиваясь с потом. Седой мужчина, почувствовав её судороги, глухо зарычал и влил в её задницу свою порцию семени, его тело содрогнулось в финальном толчке.
Вид моей жены, покрытой спермой, с разорванными, влажными дырочками, с безумным взглядом, стал триггером. Я схватил свой член и, с несколькими резкими толчками, излил всё, что было, в открытый, ждущий рот рыжей. Она сглотнула, не проронив ни капли, её глаза блестели от удовлетворения.
Наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым, прерывистым дыханием и тихим шипением камней. Мы стояли, сидели, лежали – пять незнакомцев, соединенных самым интимным, самым животным актом. Жара, казалось, наконец, спала, или мы просто перестали её чувствовать.
Мы медленно пришли в себя. Брюнет и рыжая улыбнулись нам, устало, по-дружески. Седой мужчина кивнул, его опытные глаза говорили: «Хорошая работа». Мы все были единым целым в этом хаосе.
Мы помогли Лене подняться. Её тело было липким, волосы мокрыми, по лицу стекали белые полосы. Она шаталась, но улыбалась самой блаженной улыбкой, которую я когда-либо видел.
Мы вышли из сауны, и прохладный воздух душа стал шоком. Мы все встали под струи воды, молча смывая с себя пот, сперму и запах запретного. Тела были красными от жара, на спине проступали следы от ногтей, на бедрах – легкие синяки.
Рыжая пара и седой мужчина быстро попрощались, исчезнув в раздевалках, оставив нас вдвоем.
Лена прислонилась к мокрой кафельной стене и посмотрела на меня. Вода стекала по её лицу, смывая последние следы.
«Ну что?» – тихо спросила она, и в её голосе была неуверенность, смешанная с остатками возбуждения.
Я подошел к ней, прижал её мокрое, гладкое тело к себе и поцеловал. Глубоко, с чувством, которое было смесью ревности, гордости, животного обладания и безумного возбуждения.
«Это было эпично», – выдохнул я, прижимаясь лбом к её лбу.
Она рассмеялась, счастливо и легко. «Я знала, что тебе понравится. Смотреть, как меня трахают незнакомцы».
«Да», – признался я, и в этом признании было освобождение. – «Определенно, да».
Мы стояли под душем, обнявшись, и я чувствовал запах её кожи, её волос, и под чистым ароматом геля для душа улавливал сладковатый, чужой запах спермы, который все еще жил где-то в её порах. И этот запах сводил меня с ума.
Загрузка...