Один случай, о котором я хочу рассказать, произошёл, когда я с своей свекровью — «Еленой Владимировной» — провела свой отпуск на лыжном курорте в одном месте, о котором не хочется открыто говорить, и в целях конспирации имена всех действующих лиц изменила. Дело было в 2025 году.
Разместили нас в одном из трёх двухэтажных домиков, стоящем ближе к канатной дороге. Свекровь, боясь шума от приезжающих и уезжающих, да и от самой подъёмной машины, сильно возмущалась, но потом поняла, что шума этого не слышно, успокоилась. В ресторане её опять что-то не устроило, и она уже при входе в него стала бурчать себе под нос. А когда к нам хотели подсесть два молодых парня, она совсем вышла из себя. Молча перебирала еду и, не доев, ушла в комнату.
Когда я вернулась, она просто набросилась на меня.
— Ну что? — сказала она, как только я открыла дверь. — Ты что, не видишь, с какой целью они подсели?
— Вижу, — ответила я. — В ресторане все места заняты, кроме нашего стола, где должно сидеть четверо, а сидели мы вдвоём.
— Ну я так и знала! — буркнула она, сверкнув своими злыми глазёнками.
— Что вы знали? — спросила я возмущённо.
— То и знаю! — выкрикнула она. — Чешется у них между ног, стояк покоя не даёт, всё норовят куда-то воткнуть, а тут сидит молодая — можно попытать счастья сунуть ей. Не сели где постарше, а к нашему шалашу. Как мухи на говно лезут.
«Ну полный пиздец», — подумала я, покачав головой, и пошла к себе в комнату.
На другой день пошли на трассу. Я даже не ожидала, что Елена Владимировна так может ездить на лыжах. Думала, что она так погуляет по снежку — и все дела. Покатавшись рядом со спуском, я поехала к подъёмнику и обалдела от увиденного: на корзине подъёмника сидела свекровь и те двое парней. И как ни странно, о чём-то так весело беседовали, что все трое укатывались от смеха. «Вот тебе и зачесалось», — подумала я и отъехала в сторону, чтобы она меня не увидела.
В обед они уже сидели за нашим столом и, не обращая на меня особого внимания, болтали на разные бытовые темы. Поглядывая на них, у меня складывалось мнение, что они давно знакомы, так как из их уст частенько выскакивало слово «Леночка», потом переходили на «Елену Владимировну». Она тоже называла их ласкательными именами и даже иногда как бы невзначай клала руку им на колено. То как мухи со стояком, то как будто они её сыночки. Просто атас да и только. Вечером тоже они около неё — и на склоне, и в баре. А выпить она любитель, да если ещё кто-то наливает, тут её не остановить.
Так прошло несколько дней — может, три, может, четыре. Но была суббота, и после ужина я пошла в дом, а эта команда отправилась в бар. Там было какое-то торжество, организованное администрацией, посвящённое этому курорту. Елена Владимировна не могла это пропустить, так как там же выпивка, да ещё и за счёт заведения. Поговорив с мужем по телефону, я пошла прогуляться. Шум из бара стоял на весь район. На дворе было не более десятка людей, которые тоже бродили под фонарями, кто-то даже ещё катался.
Походив полчаса, я пошла в комнату. Разобрав постель, легла. Спать не особо хотелось, и я включила фильм на айфоне и стала смотреть. Где-то через час послышались шаги по коридору и неразборчивый разговор.
— Ну сука, как лошади ходят, — выпалила я с гневом.
Шаги прекратились, и у двери раздался голос Елены Владимировны: она произнесла «тссс», тихо и хихикнула. Дверь открылась. Она вошла, закрыв за собой дверь, подошла к двери моей комнаты, приоткрыла её и через несколько секунд спросила:
— Таня, ты спишь?
«Что болтать с подвыпившей», — подумала я и решила не отвечать ей. Она повторила ещё раз и, не получив ответа, закрыла дверь.
— Только тихо, — сказала она, открыв входную дверь. — Входим молча и тихо.
Послышались шаги.
— Ты посиди тут, — кому-то сказала она и пошла к себе в комнату. Кто-то сел в кресло у стола.
Через стенку было хорошо слышно, как она щёлкнула выключателем, затем разобрала постель. «Вот что оказывается», — подумала я, прислушиваясь к тому, что за стеной. «Ты посиди, я подготовлю, затем трах полным ходом». Выключила свет.
— Не спеши, — еле шевеля языком, сказала свекровь.
«Видно, хорошо зарядилась на дурмане. И кому это она говорит? — подумала я и подставила ухо к стене. — Явно сама с собой? Это так алкоголь действует уже на неё, что ли?»
На время наступила тишина за стеной. Я даже подумала, что она заснула, оставив в холле кого-то. Я уже хотела убрать ухо от стены, как послышалась возня.
— Я думаю, у тебя не получится, — сказала свекровь и тихо хихикнула.
— Ладно, — ответил парень.
— Наверно, много выпил? Я помогаю, но он что-то никак. Костик, ты успокойся, расслабься. Трогай, если поможет, я разве не даю? Вот она. Что-то есть, чуть увеличился, но как-то не очень. У меня уже течёт. Ты там всё взбудоражил. Сколько можно? Ну ладно, давай ещё попробуем. Но ты же видишь — никак, чуть поднимется — и всё. Может, ты отдохнёшь немного? Позови Серёжу, может, у него там будет получше. Нет, я тебя не прогоняю. Не ну не до утра же нам тут возиться?
Послышались шаги, открылась дверь.
— Что всё? — голос из холла.
— Иди, — ответил другой.
Потом ещё несколько неразборчивых слов. Шаги, дверь закрылась, в кресло кто-то сел.
— Тут так темно, — сказал голос вошедшего к ней в комнату.
— А тебе тут нужно на что-то смотреть? — хихикая, ответила свекровь.
Наступила тишина, а через минуту — голос свекрови:
— Я думала, и у тебя та же проблема будет. Костик, видно, много выпил, и у него как-то не вышло.
— Так вы на пару — немало выпили, — ответил вошедший к ней.
— А мне-то что? — продолжая хихикать, сказала свекровь. — Не мне вставлять. Я в любом состоянии пригодна. Если не в состоянии раздвинуть, можно помочь. А у вас проблему пальцем не заменишь. Хотя можно язычком, — добавила она и громко засмеялась, после чего резко прервала смех — наверное, рот прикрыла рукой.
— Да у тебя тут мокренько, — сказал парень и тоже хихикнул.
— Костик довёл, — ответила свекровь. — Что-то у него никак.
Послышался звук кровати. Кто-то или на неё сел, или лёг. Тишина. Тихий звук кровати.
— Ой, родненький, как же хорошо, — произнесла протяжно свекровь.
После чего звук кровати усилился. Она стала в такт скрипеть с определённой частотой.
«Получилось», — подумала я.
Так продолжалось минут десять, после чего частота увеличилась, затем послышался стон — не поняла, чей: парня или её. Скрип кровати прекратился. Шевеление на ней. Опять тишина. Звук двери.
— Всё? — спросил парень в холле.
— Пойдёшь? — спросил вышедший из комнаты свекрови.
— Да, — ответил тот и встал с кресла.
А другой потихоньку подошёл к входной двери и вышел в коридор, закрыв за собой дверь.
— Ну что, Костик, — спросила свекровь у вошедшего в комнату. — О, да ты герой, умничка. Ну вот, отдохнул — и всё восстановилось. Да не спеши ты так. Подожди, ну куда ты его суёшь? Дай я сама.
Пауза.
— Ой, как же хорошо.
Послышались такие же звуки кровати. А через некоторое время появились стоны и вдохи свекрови — громче, чем скрипела кровать.
— Давай, давай ещё, ещё, — говорила она.
А через минуту она вскрикнула и затихла. Но скрип продолжался ещё некоторое время, затем всё стихло.
Минут через пять послышалось шевеление. Затем оба вышли из комнаты. Хлопнула входная дверь. Свекровь вернулась в комнату и легла в кровать. «Блин, двое трахнули, налили ей туда, а она даже в душ не пошла. Хотя, может, не в состоянии после двоих».
За два дня до окончания путёвки эти два героя свекрови уехали. Когда уезжали мы, свекровь сказала мне, чтобы я не сильно об этом всём распространялась — о её пьянке и дружбе с этими парнями. И, кстати, я не ошиблась: она с ними знакома давно. Так как она догадалась, что я могла всё это слышать, призналась, что познакомилась по интернету три года назад, и у них всё так хорошо, но об этом ни её сын, ни муж не должны знать. Муж её, мой свёкор, уже лет пять не трахает.
Загрузка...