Мои рассказы, несмотря на их не имеющего ничего общего с литературным написанием, являются пересказом рассказанного другими людьми о случаях, произошедших с ними в процессе их жизни. Наш коллектив на производстве женский. Возраст — от 20 до 65 лет. И в свободное время иногда кто-то из них выдаёт то, что с ними произошло недавно, а кто и более сорока лет назад. А я просто пересказываю их рассказы, изменив лишь имена, если они там есть. Как бы, для расширения слушателей. Если кому не нравится то, как пишу, смотрите на ник «LARA» и пропускайте, но думаю, что есть те, кто, несмотря на мою литературную неграмотность, хочет, читая, как бы находиться среди нас, слушая историю, рассказываемую одной из наших коллег. Так что всё, о чём написано, — это не я. Это очередной рассказчик. Вот так же, как-то сидя на очередном дежурстве, тётя Таня, ей шестьдесят два, рассказала одну историю из своей жизни. Произошло это двенадцать лет назад.
После сокращения в бухгалтерии меня перевели работать в цех по приёму старого оборудования, на ремонт и списание. Я там вела учёт поступившего, списанного и отправленного в ремонт, а сортировкой всего этого занимались трое мужиков — один из них мой муж Виктор, а также Роман и Андрей — и четыре женщины: Ирина (которая сейчас на проходной), Марина (моя подруга), а также Ольга с Катей (они и сейчас там работают). Отработав там полгода, подошёл мой юбилей, который мы так же решили отметить в коллективе вечерком после работы. Принесли выпить, закусить, накрыли на стол — и всё пошло как обычно. Где-то после часа посиделок Марина заявила, что ей нужно выйти на минуточку. Поняв, что она отлить, я тоже объявила о желании пройтись, и мы вместе вышли из цеха.
До туалета идти далеко, и мы, если по маленькому, обходимся задней стенкой цеха. А тут вышли — светло, и всё от проходной как на ладони, да и из цехов предприятия тоже всё на виду. За забором предприятия находится лесополоса, она практически везде по окраине города отделяет поля от города. Так что, обойдя наши склады, мы пошли в посадку. Пройдя через заросли у края, вышли на небольшую полянку, где и присели по журчать друг перед дружкой.
Не успев закончить процедуру, я увидела за спиной Марины высокого, лет двадцати, с длинными светлыми волосами парня, который шёл прямо на неё, глядя мне между ног.
— Оба-на, ребятушки, да тут нам подарок такой приплыл, — заголосил он, строя улыбку на лице.
Я поднялась на ноги и, сделав шаг, упала, запутавшись в опущенных трусах.
— Ты что орёшь, придурок? — воскликнула Марина, не вставая, обернувшись на голос.
— Ой-ой-ой, — забормотал белый.
Он схватил Марину за плечи и повалил на землю. Она задёргала ногами, пытаясь упереться, и потянулась за трусами рукой, чтобы их одеть. Но этот лохматый схватил их и стащил с неё. Я поднялась и, быстро надев трусы, кинулась к ней на помощь, но меня кто-то схватил сзади и повалил на землю, прижав к земле, а кто-то ещё, задрав мне платье, натянул его мне на голову.
— Не дёргайся, дура, — послышался голос, и я почувствовала, как с меня кто-то стал стягивать трусы. Так как руки были под платьем, я никак не могла удержать их. Я лежала на животе, вытянув руки над головой под платьем, с голой задницей напоказ. Потом голос: — Ну, кто первый?
Поняв, что будет, я закричала. Тот же голос уже над ухом произнёс:
— Заткнись, дура, будет хуже.
— Да вы с ума сошли! Что творите? — закричала я.
— Я тебе сейчас рот трусами заткну, если ещё слово услышу, — сказал голос и шлёпнул меня по заднице.
— Я что так буду? — кто-то сказал, подойдя к нам. — Переверните её хотя бы.
— А что тебе там мешает? Боишься, не достанешь? — сказал тот, что держал меня.
— Можно и так, — ответил он, и после этого мои ноги раздвинули, а на меня кто-то лёг.
Я попыталась его скинуть, но держали крепко — и тело, и ноги. Осталось только сжать глаза и зубы и ждать, когда это кончится. Лёжа на мне, он вставил, но член после каждого движения выскакивал, и он, поднявшись, сказал, чтобы меня перевернули на спину. После чего меня резко перевернули — так, что порвали платье — и, так же раздвинув ноги, стали их держать. Тот опять лёг на меня и, вставив, стал трахать. Я повернула голову в сторону, где была Марина, и увидела через образовавшуюся дырку её. Она стояла раком с задранным до плеч платьем, повернув голову ко мне и глядя на меня. Спереди её держали двое — этот лохматый и ещё один, а сзади трахал какой-то молодой парень, стоя на коленях и держа её за бёдра.
— Ничего себе, — подумала я. — Сходили поссать.
Этот на мне ещё двигался, как тот, что трахал Марину, вытащил член и отошёл, кончая на землю и подёргивая член рукой. После он надел штаны, подошёл ко мне и сменил того, кто держал меня, прижимая к земле. А тот подошёл к Марине и опустил штаны. Член его стоял, задравшись кверху. Он встал на колени, взял член рукой и направил ей между ног, после чего, взяв её за бёдра, начал им двигать. На мне тоже произошла смена. Первый слез и стал держать ногу, а тот залез на меня. Так нас с Мариной трахнули четверо, и ни один не кончил в нас. Меня так же поставили раком один раз. А Марина пропустила раком всех четырёх.
Не знаю, как они нас поделили, как решили между собой, кто кого будет трахать. Когда последний вытащил из меня — а он трахал меня раком, — я стояла в этой позе, думая, что идёт смена на другого, но никого не было. Потом меня отпустил тот, кто прижимал за плечи к земле. Стало тихо. Я хотела подняться и расправить платье, но упала на бок. Кто-то подошёл ко мне.
— Ты там живая? — спросила Марина и стала помогать мне встать. Подобрав свои трусы и надев их, мы очистили от мусора друг друга и пошли к цеху.
— Ничего себе сходили поссать, — сказала я, взглянув на Марину.
— Не говори, подруга, — ответила она. — Хотя если бы не эти пацанчики, я бы и не вспомнила, что это такое. И если честно, подруга, я под третьим кончила. Такой был оргазм, что чуть не выдала себя этим приходом.
— Под третьим? Оргазм? — сказала я.
— Ну если честно, то я тоже кончила. И, как ни странно, меня первый очень долго трахал. Я видела, как у тебя сменился, а у меня всё продолжал, и уже под ним почувствовала возбуждение, а под вторым ещё больше заиграло во мне. Чувствую, подходит, и понимаю: у него тоже. Думаю, не кончу под ним. Посмотрела опять, как трахает тебя, и тело задрожало, и я ушла в полёт. Очнулась, когда залазил третий.
Когда зашли в цех, на нас никто не обратил внимания, как будто мы и не уходили. За столом сидели мой муж Виктор, Роман и Ольга. Кати и Андрея не было, но после нашего прихода они появились. У Кати лицо было всё раскрасневшееся, а Андрей — вспотевшим. «Ну не только мы одни, и эти трахались где-то», — подумала я, подмигнув Марине.
На другой день ко мне подошла Марина и спросила, как у меня всё «там».
— Так, немножечко некомфортно.
— А у меня не немножечко — всё болит и горит.
— Может, к врачу?
— Подожду день-два, если не пройдёт — придётся идти.
— Думаю, натёрли. Смазки мало было у тебя, как никак пятьдесят с хвостиком.
— Ага, с хвостом. Может быть. Я тоже так думаю. Как никак — не один.
На другой день уже всё у неё прошло. Только вот посадки стали бояться обе. Обходим их стороной.
Загрузка...