Она внезапно запрокинула голову, оторвавшись от моего плеча с громким вздохом, который эхом разнёсся по туалету. — О боже! Да! — неконтролируемо крикнула она, больше не заботясь о том, что кто-то может услышать. Её голос стал высоким и отчаянным, каждый звук, вырывавшийся из губ, громче предыдущего, пока я неустанно трахал незнакомку.
Снаружи кабинки донёсся очередной взрыв смеха, за которым последовал резкий шёпот: «О боже, она такая громкая!»
— Тсс, я тоже так хочу! — шикнул кто-то другой в ответ, но их хихиканье выдавало веселье.
Внутри кабинки она полностью потерялась в ощущениях, её ногти царапали мою спину, пока она цеплялась за меня. Дыхание было рваным и неровным, она снова балансировала на грани.
Бар гудел привычной суетой посетителей в тот тёплый летний вечер. Музыка пульсировала в воздухе, смешиваясь со взрывами смеха и звоном бокалов. Небольшие группы людей собирались вместе, наклоняясь, чтобы обменяться историями, потягивая красочные коктейли. Я стоял у барной стойки, не спеша поглощая копчёный виски со льдом. Дымный, обжигающий вкус напитка помогал мне сосредоточиться посреди окружающего хаоса.
Именно в тот момент мой взгляд наткнулся на неё.
Девушка находилась у дальней стены, освещённая мягким сиянием неоновых огней. Её короткое красное платье, словно вторая кожа, обтягивало каждый изгиб тела; ткань слабо мерцала, когда она слегка меняла позу. Тёмные волосы каскадом ниспадали по спине волнистыми прядями, которые словно умоляли о прикосновении. Но именно её глаза приковали меня — томные, разглядывающие меня с такой уверенностью, что сквозь тело прошёл электрический разряд. На мгновение окружающий шум исчез. Она медленно и беззастенчиво улыбнулась, затем склонила голову в сторону коридора, ведшего к туалетам. Приглашение было недвусмысленным.
Сердце заколотилось в груди. Поставив стакан, оторвался от стойки. Незнакомка не стала ждать моего приближения; вместо этого, повернулась и неспешно, не оглядываясь, двинулась по коридору. А я последовал за ней, загипнотизированный, словно мотылёк перед ночным фонарём.
Когда настиг её возле двери женской комнаты, она без колебаний схватила меня за руку и затащила внутрь. Уборная была тускло освещена, а кафельные стены отражали слабые полосы света от мерцающей лампочки над головой. Воздух оказался густым от парфюма и лёгкого запаха сигаретного дыма, создавая пьянящую атмосферу, соответствовавшую моему растущему возбуждению.
Пространство наполнял гомон женских голосов — смесь смеха, сплетен и обыденных жалоб. Где-то рядом слышалось, как спускают воду в унитазе и плеск в одной из раковин. Обыденность происходящего резко контрастировала с тем, что вот-вот должно было случиться.
— Быстрее, сюда, — прошептала она с нетерпением затаскивая меня в одну из кабинок. Замок щёлкнул за нами, запечатав нас в этом крошечном пространстве. Моя спина прижалась к холодной стене, а девушка повернулась ко мне лицом, её глаза пылали решимостью.
На секунду мы просто смотрели друг на друга, тяжело дыша в наэлектризованной тишине. Затем последовало её движение.
Её тело врезалось в моё, и наши рты столкнулись в поцелуе, полном напора, жара и животного голода. Губы были мягкими, но требовательными, язык скользил по моему с такой настойчивостью, что закружилась голова. Руки девушки, казалось, были повсюду: схватили меня за плечи, скользнула под рубашкой и повели ногтями по груди. Резкий укол заставил меня издать глубокий стон. Схватил её бёдра, притягивая вплотную к себе, и ощутил каждый изгиб тела сквозь это невероятно тонкое платье.
Она бесстыдно тёрлась о меня, и почувствовал её жар даже сквозь слои ткани. Мой затвердевший член напрягся в джинсах, пульсируя от жажды, пока она всё сильнее прижималась ко мне.
— Ты уже такой твёрдый, — прошептала она мне в губы, её голос был низким и дразнящим. Рука проскользнула между нами, чтобы потереть член через джинсы, и это прикосновение послало искры удовольствия, пронзая мой позвоночник.
Я стремительно терял контроль, но заставил себя сдержаться, позволяя ей руководить. Пальцы быстро справились с молнией штанов, освобождая мой ноющий ствол из плена. Облегчение наступило мгновенно, но оно было непродолжительным: она обхватила хуй рукой и энергично погладила от основания до кончика. Моё тело содрогнулось от этого ощущения.
Затем она опустилась на колени.
Один только вид этого заставил рассудок помутиться: стояла на коленях передо мной в этой тесной кабинке, губы были приоткрыты, наклонилась вперёд, чтобы принять пульсирующий член в свой рот. Первое прикосновение её языка стало подобно электрическому разряду, скользкое тепло заставило вцепиться в край кабинки для равновесия. Она брала ствол глубже с каждым движением головы, втягивая щёки, и сосала с таким давлением, что я буквально таял, растворяясь с этом божественном минете.
Снаружи нашей кабинки доносился очередной взрыв смеха, за которым последовал шум льющейся воды в раковине. Женский голос просочился сквозь стенки: «Там что… там парень?» Её тон выражал недоверие, но с оттенком веселья.
— Серьёзно? — прошептала в ответ другая женщина, прежде чем тихонько хихикнуть.
Я замер на полсекунды, мой пульс подскочил от мысли, что нас поймали, но она не остановилась ни на мгновение. Более того, слыша эти голоса, девушка, казалось, только сильнее возбудилась, принимая чен в рот с новой интенсивностью.
Одна её рука обхватила мои яйца, а другая сжимала моё бедро помогая насаживаться ртом на горячий орган. Мои пальцы инстинктивно запутались в её волосах, слегка направляя движения, но не перехватывая контроль полностью. Когда она посмотрела на меня сквозь густые ресницы, её рот был растянут стволом, погружённым почти до основания, я чуть не кончил прямо тут же от этого вида.
Но, слегка потянув её за волосы, оторвал от себя и помог подняться на ноги. Её губы распухли от поцелуев и по-настоящему профессионального отсоса, и что-то в этом заставило сердце колотиться ещё быстрее. Я снова впился в них в испепеляющем поцелуе, прежде чем развернул нас так, чтобы теперь её спина была прижата к стене.
— Твоя очередь, — рыкнул ей в рот.
Дыхание девушки прервалось, когда я поднял подол её платья и отодвинул в сторону мокрую полоску кружева, которую едва ли можно было назвать трусиками. Пальцы скользнули по влажным складкам, которые обильно текли для меня. Она прерывисто ахнула, когда два пальца легко проскользнули внутрь, загибаясь вверх, чтобы нащупать то самое идеальное место глубоко внутри.
Я задал ритм, сначала медленный, мой большой палец кружил по её клитору в такт каждому толчку средних пальцев внутри, пока не почувствовал, как от каждого движения дрожь проносится по её телу. Бёдра теперь двигались сами по себе, прижимаясь к моей руке, пока мягкие стоны вырывались из её приоткрытых губ.
— Ты такая мокрая, — прошептал ей на ухо, слегка покусывая его.
Её единственный ответ — сдавленный крик, когда ускорился, пальцы погрузились глубже, а большой палец сильнее надавил на этот чувствительный пучок нервов. Её тело начало дрожать под моим прикосновением; почувствовал, как незнакомка близка к пику, когда мышцы влагалища начали сжиматься вокруг пальцев всё сильнее.
— Я сейчас кончу, — выдохнула она между стонами, её голос теперь дрожал от нетерпения, но это уже было невозможно остановить, когда это настигло: волна за волной обрушилась на разум и душу случайной любовницы.
Её оргазм захватил дух, приглушённый крик вырвался из губ, когда тело яростно задрожало, прижавшись ко мне. Я крепко обнял её, пальцы были всё ещё погружёны в киску, пока она переживала каждый последующий спазм удовольствия. Голова упала мне на плечо, дыхание было прерывистое и неровное. На мгновение показалось, что время остановилось, и всё, что я слышал, — это стук её сердца, прижатого к моей груди.
Прежде чем кто-либо из нас успел полностью прийти в себя, она подняла голову и посмотрела на меня глазами, всё ещё затуманенными наслаждением, но горящими чем-то более глубоким, чем-то первобытным. Губы снова впились в мои, голодные и настойчивые, пока она прижимала своё тело ко мне. Почувствовал её жар сквозь тонкую ткань платья, и мой член, всё ещё мучительно твёрдый, пульсировал в ответ.
— Мне нужно, чтобы ты был внутри меня, — хрипло прошептала она мне в губы, её голос был низкий и отчаянный.
Эти слова пробудили во мне что-то дикое.
Я развернул нас так, что теперь я был прижат к стене, и поднял одну её ногу достаточно высоко, чтобы обеспечить себе лучший доступ. Её трусики были снова сдвинуты; нас ничто не могло остановить, кроме колебаний, но ни один из нас не сомневался ни секунды.
Я направил член ко входу и ворвался в неё одним плавным движением, полностью погружаясь в этот тугой, влажный жар, который сжимался вокруг набухшей головки, словно тиски. Ощущение было ошеломляющим после такого долгого сдерживания; каждое нервное окончание ожило, пока мы двигались вместе в неистовом ритме. Бёдра встречались с моими при каждом толчке, несмотря на наше неудобное положение в столь тесном пространстве.
— О боже мой, — ахнула она мне на ухо, слегка прикусывая моё плечо, чтобы заглушить звуки, вырывавшиеся из горла.
Где-то снаружи кабинки послышался слабый звук спускаемой воды в туалете и стук каблуков по кафельному полу. Женский голос просочился сквозь стенки: «Они всё ещё там?»
Другой голос ответил смехом: «Да… и там явно не просто разговоры».
Осознание того, что они точно знали, что мы делали, вызвало во мне волну возбуждения. Это было рискованно и безрассудно, но от этого становилось только горячее. Она, должно быть, чувствовала то же самое, потому что цеплялась за меня крепче, её ногти впивались в мою кожу оставляя страстные следы.
— Быстрее, — умоляла она с придыханием мне на шею. — Пожалуйста.
Я подчинился без промедления, крепко сжимая её бёдра и вколачивая член в киску сильнее и быстрее. Звук наших тел, непрестанно встречающих друг о друга, наполнил маленькое пространство влажными шлепками и пошлым чавканьем, смешиваясь со слабым гулом голосов и льющейся воды снаружи. Каждый толчок посылал ударные волны по нам обоим, подталкивая всё ближе к оргазму.
Её стоны становились громче, несмотря на то, как сильно она пыталась их заглушить, снова прикусывая моё плечо, и что-то в том, чтобы слышать их, делало всё происходящее ещё более острым, возбуждающим и интенсивным.
Она внезапно запрокинула голову, оторвавшись от моего плеча с громким вздохом, который эхом разнёсся по туалету. — О боже! Да! — неконтролируемо крикнула она, больше не заботясь о том, что кто-то может услышать. Её голос стал высоким и отчаянным, каждый звук, вырывавшийся из губ, громче предыдущего, пока я неустанно трахал незнакомку.
Снаружи кабинки донёсся очередной взрыв смеха, за которым последовал резкий шёпот: «О боже, она такая громкая!»
— Тсс, я тоже так хочу! — шикнул кто-то другой в ответ, но их хихиканье выдавало веселье.
Внутри кабинки она полностью потерялась в ощущениях, её ногти царапали мою спину, пока она цеплялась за меня. Дыхание было рваным и неровным, она снова балансировала на грани.
— Я кончаю снова, — выдохнула она между стонами, едва способная произнести связные слова. — Не останавливайся, не останавливайся, о, чёрт!
Всё её тело внезапно напряглось, когда она достигла пика, крик вырвался из горла так громко, что на мгновение заглушил все остальные звуки в туалете. Поток жидкости с такой силой хлынул из наших сплетённых тел, что промочил всё на своём пути; мои бёдра, трусы и штаны, сбившиеся вокруг коленей, всё пропиталось. Ощущение было тёплым и ошеломляющим, выделения брызнули на меня и капали на кафельный пол под нами.
— О, чёрт, — хрипло простонал я от чистого кайфа всего происходящего, от того, как она неконтролируемо пульсировала вокруг члена, пока волна за волной накатывали на неё.
Её бёдра яростно тряслись, когда она приходила в себя, едва способная стоять без моей поддержки. Она снова спрятала лицо на моей шее, тяжело дыша, пока тихие всхлипы вырывались откуда-то глубоко из горла.
Вид и ощущение того, как она теряла контроль, подтолкнули меня самого к краю. Моя хватка на её бёдрах усилилась, когда я сделал последний толчок, ворвавшись в неё так глубоко, как только смог, как раз в тот момент, когда мой собственный оргазм полностью настиг меня.
— Я близко, — хрипел я сквозь стиснутые зубы, пока напряжение скручивалось внутри меня.
— Сделай это, — задыхаясь, прошептала она мне на ухо. — Кончи в меня, я хочу это почувствовать.
Её слова стали именно тем, что нужно, чтобы столкнуть меня с края.
Горловой стон вырвался из меня, пока горячие струи спермы врывались в неё снова и снова. Первый толчок почти ослепил, прилив удовольствия был настолько интенсивным, что казалось, будто он поглощает каждую частичку меня по отдельности и целиком. Мой член подёргивался глубоко внутри неё с каждым спазмом, наполняя её полностью спермой, что я сдерживал последние дни.
Каждый выброс оставлял меня дрожащим, прижатым к ней, тепло между нами было почти невыносимо в своей интенсивности. Её стенки крепко сжимались вокруг пульсирующего ствола, словно пытаясь выдавить каждую последнюю каплю моего семени.
— О Боже, — хрипло простонал я ей на ухо, когда на меня обрушилась ещё одна волна, оставив меня совершенно измученным, но всё ещё зарытым глубоко в этом идеальном жаре.
На то, что показалось вечностью, но, вероятно, длилось всего несколько секунд, мы оставались запертыми вместе, наши тела дрожали от напряжения и удовлетворения. Тепло между нами теперь было почти ошеломляющим, смесь пота, жара и чего-то более глубокого, что ни один из нас пока не хотел называть.
Наконец, мы немного отстранились, но всё ещё держались друг за друга для поддержки, разделив последний долгий поцелуй, прежде чем молча поправить одежду, но было невозможно не заметить, что только что произошло: чистое желание, выпущенное на волю без сдержанности и сожалений…
И ни один из нас не хотел бы, чтобы это было по-другому.
Когда мы отперли дверь кабинки и вышли в туалет, пара женщин, стоявших у раковин, прервала разговор, чтобы взглянуть на нас. Одна подняла бровь, в то время как другая усмехнулась со знанием дела.
— Хорошего вечера, — сухо сказала одна из них, прежде чем снова повернуться к зеркалу, чтобы выбившуюся прядь.
Мы обменялись быстрым взглядом, но ничего не сказали, проскользнув мимо них к выходу. Шум бара снова нахлынул на нас, когда мы вернулись в его хаос, но теперь всё казалось другим: ярче, чётче, более живым.
Держась за руки, мы направились к двери, не оглядываясь, потому что этот вечер ещё только начинался.
Загрузка...