Был конец зимы, когда я собрался проверить свой домик в садоводстве. Со мной поехала моя тёща, Марина Викторовна. Она давно просила, чтобы я отвёз её на дачу. Я растопил печь и пошёл рубить дрова.
Пока возился во дворе, Марина Викторовна пошла в дом разобрать бутерброды и приготовить чай. Когда я вошёл, в комнате было уже градусов восемь. Печка быстро нагревалась. Марина Викторовна уже сняла куртку и была в тёплом пушистом свитере и спортивных штанах. Она была довольно стройной женщиной, так как занятия спортом в молодости сформировали прекрасную фигуру. А теперь она немного раздалась, не потеряв соблазнительные формы. Я частенько украдкой заглядывался на неё.
— Ну вот, чай готов, — улыбаясь сказала она.
Я слегка замёрз, и горячий чай был как раз кстати. Схватив свою чашку, я быстро отхлебнул. Чашка-то была ещё холодной, она не успела нагреться, а внутри был крутой кипяток. Глаза у меня широко раскрылись, физиономия покраснела и, издав нечленораздельное мычание, я выплюнул всё обратно.
— Что, ошпарился?
— Угу, — промычал я.
Марина Викторовна задумалась:
— Та-ак, что же нам придумать? Синтомициновая мазь есть, но я не знаю, как ей рот мазать… Ещё есть народное средство. — Она замолчала.
— Интересно, какое?
— Надо, ну… это… пописать на обожжённое место. Боль пройдёт, и заживать быстрее будет.
— Это хорошо, вот только писать я не хочу. Да и как бы я это сделал?
— Зато… я… хочу, — Марина Викторовна посмотрела на меня. — Всё хотела попросить тебя где-нибудь остановиться, да стеснялась. Я скоро описаюсь… Если хочешь, могу тебя полечить.
— Было бы здорово.
Возникла пауза. Марина Викторовна, чуть прищурившись, спросила:
— Ты что, серьёзно?
— А почему нет? — пожал я плечами. — И мне лекарство, и вам облегчение.
Она хмыкнула:
— Пожалуй, ты прав!
В глазах заиграли озорные огоньки, и она начала оглядывать комнату. Потом, подойдя к дивану, сказала:
— Иди сюда, садись на пол и голову — на диван. Будем тебя лечить.
Я уселся, как она сказала, облокотившись на диван и откинув на него голову. Марина Викторовна ещё раз посмотрела на меня и, перешагнув, встала лицом к моим ногам. Свитер у неё был уже на талии, и она быстро спустила штаны вместе с трусиками.
Прямо передо мной была круглая попа с белым следом от купальника и остатками золотистого загара. Марина Викторовна не торопясь начала присаживаться. Делала она это грациозно и медленно, как бы давая возможность в последний момент отказаться, или хотела, чтобы я рассмотрел её прелести. Сначала она оттопырила попу, открыв на обозрение тёмный анус. Дальше шла пушистая дорожка, которая раздваивалась, обходя маленькие пухлые губки. Потом шёл небольшой кустик растительности.
И все эти прелести опускались мне прямо на лицо. Я почувствовал запах женской промежности и, не в силах больше ждать, руками взял её за бёдра и направил так, что её киска села мне на рот. Я раздвинул губки языком, замер, и тут в рот брызнула струйка горячей мочи. Дальше короткая пауза, и сильный поток наполнил мой рот. Я с трудом успевал глотать, чувствуя, как быстро наполняется живот. Одновременно по телу разлилась тёплая волна, согревая меня до кончиков пальцев. Вкус напитка оказался кисловатым и довольно приятным.
Через некоторое время Марина Викторовна приподнялась:
— Ну как ты там? Тебе лучше?
— Замечательно, боль проходит, — ответил я.
Ни слова не говоря, она опустилась опять. Когда я прижался к писе, сверху послышался приказ:
— Соси!
Я вытянул губы бантиком и легонько всосал нежную плоть. В ответ мне хлынул новый горячий поток. Так я опорожнил весь её мочевой пузырь. Но она не торопилась вставать. Я начал вылизывать её мокрые и уже набухшие губки, потом языком нашёл клитор — он тоже слегка набух. Я нежно начал его посасывать. Горошинка клитора стала увеличиваться и превращаться в небольшую красную вишенку.
Марина Викторовна в такт моим движениям слегка вдавливала меня в подушку дивана. Чем сильнее она расходилась, тем сильнее прижимала меня. Так продолжалось несколько минут, но вот она вся напряглась, застонала и потом как-то обмякла, всем весом сев на меня. Мой нос оказался глубоко в её расслабленном анусе. Это новое ощущение возвратило её к жизни. Она, проверяя его, поёрзала своей дырочкой на моём носу. Потом сдвинулась вперёд, прижимая анус к моему рту.
— Полижи мне попу, пожалуйста.
Я неуверенными движениями ввёл свой язык внутрь коричневой дырочки. Отверстие оказалось очень нежным и горячим. Я облизал его стеночки, вызвав у моей хозяйки стон удовольствия. Дырочка запульсировала, задвигалась, то сжимаясь, захватывая мой язык, то расслабляясь, пропуская его ещё глубже.
— Как хорошо! — простонала она. — Пожалуйста, продолжай!
Но тут она передумала и быстро встала.
— Всё-таки довольно прохладно.
Потом, опять прищурившись, спросила:
— Понравилось моё лекарство?
— Да, — скромно ответил я. — Напоминает чай с лимоном.
— Мне тоже понравилось тебя лечить. Особенно когда ты мне попку лизал.
— Ну, если хотите, можно ещё раз повторить.
— Непременно, только не здесь, — улыбнулась она, натягивая штаны. — Между прочим, утром я пила чай с лимоном.
Дома я был сам не свой.
— Что-то случилось? — спросила Алина, моя жена.
— Нет. Всё в порядке, — соврал я.
Перед глазами всё время была писька тёщи. Мне хотелось попробовать её ещё раз. В гости к тёще мы ходили вместе с женой, они всегда весело болтали, а я украдкой наблюдал за Мариной Викторовной и мечтал о её письке. Она же вела себя так, будто ничего не было. Это продолжалось довольно долго.
В конце мая Алина уехала в командировку на две недели, а у меня появилась возможность заехать к Марине Викторовне, в её двухкомнатную квартиру в новом доме, завезти кое-какие вещи. К слову сказать, ей сорок один год, а мне двадцать два. Хотя Марина Викторовна не бедная женщина, обстановка квартиры была скромной — наверное потому, что она только недавно купила её и не успела ещё обставить.
Она смотрела телевизор. После обычных приветствий и расспросов Марина Викторовна поинтересовалась:
— Хочешь чаю? Ты уж не отказывайся, — улыбнулась она мне. — Я напою тебя твоим любимым. Специально для тебя приготовила. Пошли на кухню.
Я пошёл за ней. Она подошла к столу, повернулась ко мне и поставила ногу на стул, задирая короткую домашнюю юбку. Трусиков на ней не было. Я не мог устоять и через пару секунд был на полу. Стоя на коленях, провёл рукой по упругому бедру.
— Марина Викторовна! Можно, я вам полижу?
— Конечно, я и трусики специально не надела.
Коснулся губами внутренней поверхности бедра и пробежал языком до самого паха, там чуть задержался, а потом так же облизал вторую ногу моей госпожи. После этого прижался ртом к её губкам и начал вылизывать.
— О-о, мой мальчик! Какой ты нетерпеливый! Ты не забыл про чай? — раздался голос сверху.
Я едва успел открыть пошире рот, как в меня брызнула горячая струйка, потом ещё одна.
— Сядь на пол, — сказала Марина Викторовна.
Я сел и подставил открытый рот. Она пустила уже более мощную струю, которая сразу наполнила рот. А потом я услышал знакомое «Соси» и добросовестно отсосал всё, что осталось. Она ещё немного поёрзала на мне своей киской и подставила попу. Анус, как и в прошлый раз, оказался совершенно чистым, и я принялся лизать его со всем усердием, на которое был способен, стараясь запустить свой язычок как можно глубже.
Марина Викторовна попросила меня лечь и присела надо мной на корточки. Её попа открылась совсем, полностью захватив мой язык. Я почти до боли всовывал его, вылизывая все закоулки. Наконец, я не выдержал и, передыхая, убрал его, оставаясь с открытым ртом. В этот момент Марина Викторовна потужилась и просто вывернула свой анус мне в рот. Какие-то нежные лепестки раздвинули мне губы и коснулись языка. Потом ещё и ещё. Она просто трахала меня — я губами ловил и отпускал её нежную плоть. Мой член от этого окончательно встал и уже был готов взорваться, когда она тихо застонала и, съехав назад, сильно прижала меня к полу своей киской, которая сочилась соками.
Я вылизал её досуха. Моя эрекция не осталась незамеченной. Марина Викторовна погладила член через джинсы:
— Какой твёрдый малыш. Сейчас мы его проверим.
С этими словами она встала, развернулась и легла грудью на кухонный стол. Я быстро спустил джинсы и сделал паузу, чтобы насладиться видом её раскрытой попы. Потом я аккуратно раздвинул членом пушистые губки и направил его во влагалище. Вход был узкий, и даже несмотря на то, что упругая попа не давала мне войти до конца, ощущения были фантастические.
Я начал медленно двигаться, держа её за талию. Чёрт, я был слишком возбуждён и не смог долго сдерживаться. Я начал спускать, изо всех сил стараясь продлить эрекцию и доставить удовольствие хозяйке. Она тихо постанывала, но до её оргазма дело ещё не дошло. Так продолжалось ещё минуту, и для меня это напоминало скорее тяжёлое физическое упражнение, чем секс. Тогда я опустился на колени перед этой замечательной писей и лизнул её в нежные, горячие губки. Тело тёщи содрогнулось в оргазме, и мой рот наполнился нектаром из источника, к которому я жадно припал.
Это было великолепно! Горячая волна пробежала по телу, и уже начавшая пропадать эрекция восстановилась в один момент. Продолжая стоять на коленях, я почувствовал, как Марина Викторовна начала сползать со стола, прижимая меня всё ниже к полу. Тогда я лёг на спину, а она села мне на лицо своей восхитительной писей. Прямо в рот потекла тягучая терпкая жидкость. Я понял, что это моя собственная сперма. Она вытекала медленно, а я слизывал её, проникая глубже языком, стараясь высосать всё из волшебной дырочки.
Когда источник иссяк, я дочиста облизал губки и вишенку писи и замер, приоткрыв рот. Марина Викторовна поняла, чего я хочу, помедлила несколько секунд, и первая капелька упала мне в рот. Не удержавшись, я лизнул нежную киску, и тут же мощный поток ударил в меня. Я еле успевал глотать.
— Сегодня утром я много выпила чая с лимоном, — донёсся сверху голос Марины Викторовны.
Наконец поток стих. Слизнув последнюю каплю, я приподнял Марину Викторовну за талию и насадил на свой кол. Она застонала, и началась бешеная скачка. Это было что-то! Мы кончили вместе. Моя госпожа упала на меня и прошептала:
— Хочешь ещё десерта?
— Да!
И снова её пися на лице, сочащаяся спермой, а я неистово вылизываю её. Наконец всё закончилось. Марина Викторовна поднялась, одёрнула юбочку и улыбнулась:
— Тебе понравилось?
— Очень.
— Тогда приходи почаще.
Она поцеловала меня и прошептала:
— Я давно заметила, что ты меня хочешь.
Получился такой невыдуманный, но немного приукрашенный рассказ про тёщу.
Загрузка...