И чего моей теще неймется? Вроде все как у людей, живем с ее дочерью нормально, да все не так. И руки у зятя растут не оттуда, откуда у всех. И денег он приносит значительно меньше, чем прочие мужики. И жена его большего достойна. Должен ноги мыть и воду пить. Может заодно и маме? А вот, когда дошла до непонимания за что ее доченька терпит такого никчемного мужика, да чем же он ее так приворожил, тут не стерпел и спросил:
— Может Вам показать?
Теща взвилась. То она не видела в жизни ничего подобного! Да она, если мне так уж хочется знать, столько видела-перевидела и столько перепробовала, что мне и в жизни даже не приснится! Ах вот оно что! А интересненько было бы знать, тестю об этом она тоже сообщала? Или он так и находится в счастливом неведении? И как он прореагирует на эти новости? Не получится ли так, что тещеньке придется перебраться к дочери на правах приживалки? И она резко сбавила обороты, пошла на попятную. Заюлила, как лиса перед сворой гончих.
Да зятек ее не так понял, не совсем правильно. Она не то хотела сказать, просто возраст у нее такой, что удивить ее нечем, всего она в жизни насмотрелась. И если что не так и сказала, так в запальчивости. А я напирал, не давая ей не малейшей возможности одуматься, прийти в себя. Так-так-так! Значит все видела и перевидела? Значит удивить нечем? Так она не слишком и удивится, если зятек покажет ей то, что в нем так нравится ее дочери? А она взамен покажет зятю то, чем она перепробовала все то, что ему и не приснится. Теща ушла в глухую оборону. Речи о том, что так нельзя, что мы родня, были отметены сразу, окончательно и бесповоротно. Какие мы родственники? Кровные? Так нас не связывают узы родства кроме тех, что она мне является тещей, а я ей зятем. И если она хочет добиться от меня полной амнезии, пусть быстренько задирает подол и снимает трусы. А я покажу ей и даже дам попробовать то, чем по ночам ублажаю ее дочь.
Молодой напор и смелость, а так же злость на несколько лет понуканий со стороны тещи, победили. Был и плач, и просьбы, и многое другое. Даже запугивание, что никто, а тем более тесть, мне не поверят. А вот ей поверит в первую очередь ее дочь. И это было отметено. Не захочет дочь возвращаться под родительский кров в статусе разведенки. А потом со злости от того, что впервые не она вышла в финал победителем, теща сорвала с себя платье, сняла трусы и лифчик.
— Рад? Смотри! Добился?
Тещино тело было красивым. Зрелая женщина, сохранившая гибкость и тонкую талию. Крупные, даже на вид тяжеловатые груди, обвисали, но не дряблыми тряпочками, а налитыми соками спелости плодами. Упругий живот небольшой складочкой нависал над лобком в поросли рыжих волос. Крепкие бедра и ноги завершали ансамбль.
— Рад! Такая Вы, мама, симпатичная женщина, в полном соку. Теперь я понимаю, почему Вы все видели и перепробовали.
— И что дальше?
— А дальше я буду Вам показывать.
С этими словами снял с себя штанцы с трусами вместе. Хуй, напрягшийся при созерцании тещиного тела, выскочил на волю, показался во всей красе. Не очень-то и большой, но все же приличных размеров, налитый кровью и перевитый жилами, обнажил багрово-красную головку и уставился нагло на тещу. У нее глаза округлились, рот приоткрылся. Замерла.
— Ну что уставилась? Говорила, что видела-перевидела и пробовала-перепробовала. Вот и возьми его в руку, потрогай.
Она несмело прикоснулась рукой к стволу, пальцем провела по головке.
— Смелей! Он не кусается.
Зло взглянув на меня, обхватила рукой плотнее, провела пару раз, сдвигая шкурку.
— Ну что, и такие попадались?
Теща молча мотнула головой то ли соглашаясь, то ли выражая несогласие. Притянул ее к себе и впился в губы поцелуем. Она мотнула головой, сделав попытку высвободиться, да я же говорю, что молодость побеждает. Головой мотала, а руку с хуя не убрала и это обнадеживает. Начал мять титьки. Соски налились кровью, припухли, отвердели. Значит женщина возбуждается. Провел рукой по промежности. Мокрая, хоть выжимай! Так и не отпуская, целуя губы и глуша этим самым любое выражение недовольства, в темпе танго начал подталкивать ее к тахте. А когда край тахты уперся ей под коленки, повалил тещеньку. Она забрыкалась, заворочалась, попыталась оказать сопротивление. Да только делать это надо было раньше. Навалился на нее и зашарил в поисках дырки, куда надо вставить напружиненную плоть. Нашел. Пристроил ко входу головку и втолкнул. Ух как она завертела задницей, пытаясь освободиться! Да где там. Так и получилось, что дергая ногами только лишь помогла мне. Когда они задрались достаточно высоко, перехватил их под коленями, пригнул к самой груди.
Пизда развернулась полностью. И в таком положении теща оказалась моей пленницей. С хеканьем, как дровосек, рубящий дрова, вгонял в нее до упора. Она же, вначале требовавшая отпустить ее, грозящая страшными карами, примолкла и теперь только ойкала при наиболее глубоком проникновении, постанывала. А я старался раздраконить ее так, чтобы она кончила. Да не просто кончила, а залилась бы своими выделениями. И я своего добился. Теща запричитала, застонала, замычала, мотая головой из стороны в сторону, и разрядилась. Да целой серией. У жены такого не встречал. Она буквально корчилась в судорожных порывах. Из нее текло так, что не только задница, диван промок. Стенки влагалища трепетали, обнимая ствол, что принес ей наслаждение. Мало помалу ноги расслабились и сама она обмякла, растеклась киселем. Теперь можно и самому спустить. Отпустил ее ноги, вытащил красную головушку, повернул тещу на живот и приподнял за бедра, ставя раком.
Она не сопротивлялась, подставила дырку. Вогнал и попер, уже ни о чем не заботясь. Через несколько качков почувствовал приход. А вот и оно, чувство полного освобождения от распирающей головку спермы. Когда вытащил хуй и обтер его о тещины ягодицы, она так и стояла, расставив ноги. Из пизды стекала сперма в перемешку с ее выделениями. В комнате резко запахло кошачьим запахом ебли. Похлопал ее по заднице и она медленно опустилась на диван, легла на живот, даже не пытаясь приподнять с пола ноги. Лежа на диване на животе, а коленями стоя на полу, вздрагивала изредка, все еще отходя от оргазма.
— Пойдемте, мама, помогу Вам помыться.
Оттолкнула мою руку, встала и покачиваясь пошла в ванну. Слишком уж долго ее не было. Может отравиться решила? Так уксус на кухне. Или утопиться? Нет, вот она идет. Голышом, вроде так и надо.
— И что? Доволен теперь?
— Еще как доволен, мама! Даже жалею, что женился на Вашей дочери, а не на Вас. Вы во сто крат ее лучше!
Вот же женщины. Грубая по сути своей лесть придала ей сил. Порозовела, заулыбалась, присела на край дивана и потянулась за трусами.
— А зачем они Вам?
— Как зачем? Я что, голая буду ходить?
— Зачем голая? Платье наденьте и хватит.
— Почему это?
— Так что, Вы больше не захотите с зятем дел иметь? Разве я не доказал Вам свою любовь?
Ты меня изнасиловал…
— У-тю-тю! Как же это я Вас насиловал, если вы получили полное удовольствие? И разве я был груб?
— Губы вон все распухли.
— А мы их сейчас поцелуем нежненько, они и расслабятся.
— Иди уж, целовальщик, мойся. Весь вон слипся.
Действительно, вся волосня на лобке слиплась, даже на бедрах была слизь. Потопал на водные процедуры.
Все успокоилось, мирно сидим за столом, чаи гоняем. О произошедшем речи не ведем, все молча, только лишь по необходимости прозвучит просьба подать сахар или подвинуть вазочку с вареньем. И чаепитие закончилось. Телевизор у нас пока один, так что пришлось смотреть с тещей ее любимый мыльный сериал. Лег на диване, она села рядом, переживает за героев и героинь фильма, за их надуманную судьбу. Даже наклонилась вперед. И платье, натянувшись, показало, что послушалась меня теща, не стала трусы надевать. А раз не стала, значит надеется на продолжение. Грех обмануть ожидание женщины. И едва лишь прозвучали последние аккорды финальной музыки, потянул я с тещи платье. Она вроде как заегозила, что, мол, это и зачем. А потом подняла руки, помогая мне избавить ее от платья, разрешила снять лифчик и покорно легла на диван, еще не просохший с первого раза.
Теперь спешить было некуда и мы наслаждались самим процессом единения. Ласкались и целовались, гладили тела и щупали все, до чего дотягивались руки. А потом теща, раздвинув ноги, приняла меня, как любящая женщина принимает любимого мужчину. Помешать нам никто не мог. Жена еще долго будет лежать на сохранении, так что тещина пизда вполне заменит на период беременности и родов.
Кончили. Лежим, обнявшись. Теща воспринимает все как должное. Теперь мы не просто так, мы любовники. Нас объединяет общая тайна.
До ночи с голодухи задрал на теще платье прямо на кухне и отодрал еще разок. Она, елозя титьками по столу, только стонала. Удивилась, сколько же я могу. Пояснил, что это от того, что давно бабы не было. Так и пошло. Утром разок, прибегу с работы и еще разок, да на ночь глядя разок. Потом насытился, стало хватать и пару разиков. Утречком и вечером, либо ночью, чтобы лучше спалось. Изучил тещино тело и привычки, пристрастия. Как-то позволила даже с тыла попробовать по многочисленным просьбам трудящихся, да не задалось. В смысле довели дело до логического конца, да только потом пару дней у нее все болело. Решили, что хватит и традиционного секса. А уж поз перепробовали не счесть. И стоя и раком, и лежа и на боку, и сверху и снизу. И сидя в кресле и на табуретке, и лежа в кухне на столе. Только что не попробовали на люстре и на унитазе.
Жену выписали. А теще пришла пора уезжать. Теперь зять был хорошим. И денег зарабатывал достаточно, и жену холил как надо, и руки выпрямились. Теща пообещала взять отпуск на время родов и первого времени по уходу за ребенком. Повез ее на вокзал. По дороге завернули в кусты и на прощание вдул ей разочек. Чуть на поезд не опоздали. Теща прямо загрустила. Так не хотелось уезжать. Я пригласил ее к нам на ПМЖ. Пусть продадут свою квартиру, переедут сюда и будем жить вместе. А если тесть не захочет, так не велика потеря, пусть там и живет. Тогда теще и у нас места хватит. А уж с доченькой они как-нибудь мужика поделят.
Загрузка...