Ева с недовольным нетерпением вглядывалась в лица встречающих, выискивая среди них по-аристократически удлиненную, с выражением невыразимой тоски физиономию Андрея, своего бывшего мужа. Так уж у них повелось, что всякий раз, когда Ева прилетала в Питер, она останавливалась в «своей» прежней квартире. Это было удобно во всех отношениях – выгодно, комфортно и по-женски коварно: при ней Андрей не осмелился бы гулять с другими. Будучи разведенными, они всё еще продолжали предъявлять права друг на друга, особенно она.
Отыскав, наконец, его глазами, она бегло осмотрела его высокую, стройную фигуру, отметила, что он несколько отпустил волосы, теперь они касались плеч, и удовлетворённо улыбнулась. Всё так же красив, как и прежде. Постарел немного, но на фоне своих сорокапятилетних ровесников он по-прежнему выгодно отличался моложавостью, подтянутостью и ухоженностью, даже неким лоском. Небрежно махнув ему рукой, она медленно поплыла ему навстречу.
– А ты ничего так, не сильно истаскалась за перелёт. – Вместо приветствия произнёс Андрей, подхватывая её чемодан.
– Зато устала, будто пилотировала сама. – пожаловалась Ева, наспех приобнимая мужа. Бывшего.
Доехали почти молча. Она дежурно поинтересовалась, что нового, он будничным тоном рассказал о своей работе. Остальное время она отстранённо пялилась в окно, разглядывая серые постройки, а он сосредоточенно рулил. Пообщаться до вечера им так и не удалось. Андрей понёсся в свою налоговую, которая, по его словам, сидела у него в печёнках, а Ева завалилась спать с дороги. Проснувшись часов в шесть, она уловила заманчивый аромат, доносящийся из кухни. Андрей неплохо готовил, и ещё во времена их прежней совместной жизни частенько баловал лентяйку-жену гастрономическими изысками. Придя домой, обнаружив Еву безмятежно спящей в его постели, он ощутил отеческий прилив заботливой нежности – она была порядочно моложе – и решил порадовать её излюбленным жульеном.
Отужинав, Андрей предложил ей выпить.
– Давай за встречу, что ли? – разливая белое сухое по бокалам, он заговорщицки поглядывал на неё. И без вина она всё ещё его привлекала, и не без взаимности. И они частенько забывали о том, что давно разведены, и редкие встречи неизбежно перетекали в жаркие ночи. Вот и этим осенним вечером Андрей надеялся согреться аппетитными прелестями Евы, понежиться в её нежных холёных ручках, посмаковать вкус и запах ухоженной, красивой женщины.
Разговаривая ни о чём, они незаметно приговорили бутылочку. Андрей по большей части подливал ей, оставаясь трезвым. Хоть Ева и была не против его ласк, её было куда проще уговорить на это, предварительно накачав винишком. Главное было не перегнуть, а иначе она превращалась в бесполезную спящую куклу. Вот сейчас было самое то – глаза её блестели, глупая улыбочка, смешки невпопад. Такую уже можно было соблазнять.
– Тебе надо снять усталость с дороги. Я сделаю тебе ванну. – вставая, он «случайно» проехался коленом между её чуть разведённых бедер, которые расплылись по диванчику, где они распивали за встречу.
Ева одобрительно промычала и снова отпила оставшееся в бокале вино. Ей так нравилась нежная забота Андрея! И он был таким всегда. Мыл её туфельки, кормил вкусными завтраками, массировал поясницу в особые, женские дни, которые мучали её, и даже вперёд неё подсчитывал циклы, покупал для неё всё, что нужно. И зачем они вообще развелись? Вздохнув, она продолжила пить, тоскуя по прежней беззаботной ленивой жизни под отеческим крылом Андрея.
– Ев! – наконец позвал он из ванной. Всё было готово, и её ждала наполненная акриловая чаша с парой ступеней, в которой они не раз купались вдвоём. Раньше.
– Давай, помогу. – Андрей подошёл к ней и, бережно отбросив волнистые волосы на одно плечо, ухватился за язычок замочка. Медленно скользнув вниз, увлекая собачку пальцами, он высвобождал её из платья, попутно лаская тёплой ладонью шёлковую спину бывшей жены. Она была без бюстгальтера, и он ощутил волнение, ещё не видя, но отчётливо представляя её небольшую, с крупными сосками розоватую грудь. Верхний свет был погашен, горела лишь подсветка над умывальником, окутывая ванную интимным, загадочным жёлтым туманом. Поэтому многое лишь угадывалось и вспоминалось ими, погружая в пограничное состояние между фантазией и реальностью.
Сняв сначала платье, Андрей принялся за чулки. Ева часто их предпочитала колготкам, хотя и находила неудобными, но зато эстетически привлекательными. Спустившись на колени, Андрей оказался лицом напротив её бёдер и медленно, осторожно расстегнул сначала застёжки на одной ляжке, а затем на другой. Поднырнув пальцами под тонкий нейлон, он принялся томно расчёхлять её ноги, скатывая чулки вниз. Дойдя до ступней, он попросил:
– Дай ножку.
Она послушно приподняла маленькую ступню, позволяя ему стащить чулок полностью. Освободив ухоженную лапку Евы с сочным черешневым педикюром, Андрей немного погладил её большой пальчик снизу, отчего в паху у девушки приятно защекотало предвкушение. Развернувшись к нему передом, она упёрлась низом животика в его умную, начинающую седеть голову и слегка прижалась.
– Их тоже снимешь? – поинтересовалась интимным голосом она, имея в виду трусики – единственное, что на ней ещё оставалось.
– Конечно. – Андрей на миг уткнулся носом в ажурную чёрную сетку белья и вдохнул знакомый запах начинающей мокреть женской плоти. – Какие красивые. – прошептал он и, не торопясь снимать трусы, обвёл кончиком пальца все узоры кружева, причудливых растительных орнаментов, украшающих эту срамную вещицу. Изучив рисунок, он медленно подсунул пальцы под тонкую резинку трусиков и потянул вниз. Ткань сползала, обнажая гладкую, нежную плоть желанной ложбинки и скудные светлые волосики, которые Ева всегда оставляла небольшим островком над тем местом, где губки сращиваются вверху.
Полностью обнажив её, Андрей поднялся с колен и оглядел её всю, с ног до головы. Она напоминала Венеру Боттичелли. Светлые локоны волнами укрывали плечи и грудь, изгибы талии, бёдер… Такая соблазнительная!
– Идём. – предложил он севшим от волнения голосом. Взяв её под локоть, он подвёл её к краю наполненной ванны, благоухающей маслами миндаля и апельсина, которые он добавил, чтобы расслабить и смягчить её бело-розовое тело. Послушно забросив ноги в ванну, поддерживаемая им, она погрузилась в воду.
– Мммм, температура то, что надо. – похвалила изнеженная сластолюбка. Она так любила комфорт и удовольствия, тепло, уют и сытость. Как хорошо было сейчас, после вкусного ужина, хорошего вина, в этой ароматной тёплой воде.
Андрей не собирался брать её прямо в ванной, ему хотелось истомить её, разогреть. Но он всё же разделся и забрался к ней в ванну. Усевшись на ступеньку, специально для этого предназначенную, он развёл длинные ноги, давая ей опереться шеей на свою голень. Вооружившись небольшим ковшиком, он предупредил:
– Сейчас я буду делать тебе хорошо.
Зачерпнул воды и принялся медленно лить струю на её тело сверху, лаская каплями чувствительную бархатную кожу. Струи щекотали её плечи, грудь, оставляя за собой след из мурашек и шлейф приятной дрожи. Изредка Ева вздрагивала, прикрывала от удовольствия глаза и издавала приглушённые стоны.
– Нравится? – промурлыкал Андрей.
– Ещё. – просто сказала она и откинула голову назад, подставляя водным потокам свою торчащую кверху грудь.
Андрей прилип взглядом к её сисечкам, по-прежнему желанным, по которым от сосков вниз стекали капли воды, изредка замирая и мерцая в тусклом свете светильников. Между ног у него тут же всё начало оживать, появилось желание коснуться этих грудей, сжать их ладонями, подёргать соски. Решив не отказывать себе, он поднёс ладони к Евовой груди, но не коснулся её. Замерев, он ощущал, как исходит тепло от её влажного тела, казалось, что вибрация от её дыхания передаётся его рукам вполне физическими ощущениями. Осторожно приблизившись, он едва коснулся влаги на поверхности её кожи. Коснулся так легко, будто сохраняя эту тончайшую водную оболочку нетронутой, она всё ещё отделяла его руки от её тела. Но вот она глубоко вздохнула, и её твёрдые кремовые соски упёрлись в его ладони. Ощутив их, он мгновенно сжал пальцами груди и принялся очень медленно, легко поглаживать их полушария, огибая соски, вырисовывая узоры на её коже. Она подалась вперёд и промурлыкала, будто кошка на коленях хозяина. Ей хотелось этих ласк. Давно у неё никого не было, она уже стала забывать, что такое мужские руки. А Андрей был таким чутким, долгим…
Натискавшись вдоволь, он предложил:
– Давай я тебя искупаю.
Не дожидаясь ответа, вспенил мочалку и нежно потёр плечи, помог ей сесть, склониться вперёд, чтоб добраться до спины. Потерев и её, только более жёстко, как ей нравилось, он отложил мочалку и пенными руками нежно обмял груди, не забывая пощипывать соски, заставляя Еву от блаженства закатывать глаза. Не остался без внимания и её животик, и руки, шея. Но самое главное она скрывала под водой, и чтоб добраться до этого, он попросил её встать. Вместо этого Ева встала по-собачьи, упёршись грудью и руками в борт ванны, выгнув спину и подставляя свою аппетитную попку рукам Андрея. Её кожа была слишком нежной для мочалки, поэтому её он тоже помассировал руками, размазывая пену. Его взгляду открылась такая вожделенная картина – шикарный оттопыренный задик, чуть разъехавшиеся аппетитные ляжки, между которыми находилась самая нежная частичка её тела, манящая и сладоточащая. Рука его скользнула по ягодице вниз, к внутренней поверхности бедра, и поднырнула туда. Ощутив это, она чуть раздвинула бёдра, выставляя напоказ сомкнутые губки своей нежной промежности, которая была так аккуратна, живописна, эстетически привлекательна, будто маленькая морская раковинка с ещё не раскрытыми створками.
Скользнув рукой по ляжке вниз, Андрей смыл с руки пену, чтобы лучше ощущать нежнейшую плоть и чтобы мыло не жгло укусами её покровы. Дрожа от предвкушения, медленно поднялся вверх и накрыл ладонью её писечку. Ева сразу же издала какой-то звук, не то стон, не то мычание. Она так разомлела в этих томных ласках, тело её обмякло и потеплело, кровь прилила туда, куда было нужно, и она с нетерпением ждала продолжения. И он продолжил. Сначала легко погладил её сверху, не раздвигая губок, пощипал волосики на лобке, покружил кончиками пальцев в том самом месте, где губки сходятся вместе, пряча под складочками клитор, заставляя Еву ощутить позыв сходить по-маленькому.
– Блин, я сейчас описаюсь. – призналась она и глупо захихикала, как пьяная школьница.
Услышав такое, Андрей не сдержал стона, представив, как из её киски вырвется струйка и потечёт по его ладони. Ему нравилось доводить женщин до такого наивысшего блаженства, когда они перестают контролировать и распускают свои писечки до протекания различной этимологии.
– Описайся. – разрешил он и чуть похлопал её ладонью по лобку.
– Ну погладь меня ТАМ… – прошептала Ева, подгибая одну ногу, усиливая натяжение половых губок, отчего они чуть-чуть приоткрылись, и Андрей ощутил влажное, скользкое тепло, коснувшееся его среднего пальца. Медленно проехав им вдоль расщелинки, он раскрыл губки сильнее и наконец дал ей острые, сладостные ласки, обжигающие удовольствием. Поводив пальцем вверх-вниз по раскрытой вульве, исследуя её, точно впервые, он наконец удовлетворил её ожидание и подобрался к клитору, выглядывающему головкой из-под нежно-розовых складочек. Обведя подушечкой пальца его вокруг несколько раз, он пощекотал его головку, заставляя её буквально взвыть от вожделения, а затем снова принялся кружить вокруг.
– Ещё, ещё!!! – Ева горячо и сбивчиво дышала, порядком возбудившись от ласк Андрея.
– Любишь мои руки, детка? – спросил он страстно, с удовольствием щупая женскую набухающую плоть.
– Обожаю! – призналась она. – Ещё!
Клитор натянул складочки нежной кожи, и они расправились, облегая его увеличившееся тело. Теперь Андрею было гораздо проще ласкать его, даря ей неописуемый экстаз. Она так возбудилась, что не вытерпела долгих прелюдий и разрядилась прямо так, пульсируя клитором между двумя пальцами Андрея. Кончив до конца, она измученным голосом пожаловалась:
– Я писать хочу!
– Так давай, малыш. – подбодрил он и легонько погладил уретру – знал, что она очень чувствительна и черезчур ощутимое прикосновение будет неприятно. От такого Ева тихонько поскулила и почувствовала, что из неё вот-вот что-то вырвется наружу. Не то это было от яркого оргазма, не то и вправду накатило невтерпёж. Недолго думая, она расслабилась, и вот первые капельки вырвались из уретры, что принесло ей почти такое же наслаждение, как только что испытанный оргазм.
Ощутив, как из неё бежит, Андрей почувствовал, как его член взметнулся вверх и дрогнул. Было в этом нечто такое желанное и в то же время запретное, что заставляло сладко изнывать от нестерпимого возбуждения. Ева опорожнилась, вильнула задом и отползла вперёд, а после уселась на коленки.
– Пора выходить. – заявила она. – Ванну мы изгадили.
Андрей включил душ и обмыл её и себя чистой водой, вылез первым и расправил большое пушистое полотенце, приглашая Еву укутаться в него.
– Иди сюда.
Она с готовностью подчинилась и упала в махровые объятия.
– Мне так понравилось. – восторженно прошептала она, с благодарностью заглядывая в глаза Андрея.
Он притянул её к себе, а затем подхватил на руки и понёс в спальню, чтоб уложить в постельку, как маленькую. Он рассчитывал на продолжение и услаждение своего распёртого кровью члена, предвкушал, как раскинет Еву по кровати и опробует её по-всякому, но его ждало разочарование – едва он опустил её на постель, она свернулась клубком прямо на одеяле и тут же вырубилась. Хоть она и проспала полдня, всё же усталость и выпитое вино слишком её утомили, а тёплая приятная ванна с сопутствующими ласками окончательно обессилели девушку. Заметив, что она спит, Андрей с грустью выдохнул и улёгся рядом с ней, стараясь отвлечься на статистику последнего квартала.
Среди ночи Ева вдруг проснулась и тревожно вздрогнула, однако, вспомнив, где она, узнав затылок Андрея, сразу успокоилась. Прижавшись к его спине грудью, она обняла его и зарылась носиком в его тёмно-русые волосы, не менее мягкие, чем у неё самой. Как приятно было лежать с ним рядом, как спокойно было ощущать себя подле него. Она снова с грустью подумала о том, что они развелись. А всё из-за её дурацкого характера, причины для развода не было, она накрутила себя надуманными обидами, рассорилась с мужем, психанула и подала на развод. Сначала не скучала по нему, но очень скоро осознала, что совершила ошибку. Поскреблась назад с видом виноватой кошки, а он ей сказал – уходя уходи. Но и его тянуло к ней, и каждого её приезда он ждал с большим волнением, чем показывал. На Еву накатили чувства, необъяснимая нежность нахлынула на неё, защемило в груди, и, поддавшись этому распирающему чувству, она принялась осторожно целовать затылок Андрея, раздвигая носом волосы, касаясь шеи, потираясь лбом о его голову. Это разбудило его, но он не подавал виду, лежал и принимал её нежные поцелуи. В какой-то момент нежность стала перерастать в страсть; прижимаясь к красивому мужчине, девушка снова возбудилась, и поцелуи её стали более глубокими. Андрей почувствовал, как она стала легонько извиваться, скользя по его спине торчащими грудями. Неудовлетворённое желание вновь напомнило о себе, член распёрло за секунду, и он простонал.
– Ты не спишь… – прошептала она прямо в его ухо, выпустив тонкую струйку воздуха, задевая волоски. – Хочешь кончить, милый?
– Хочу. – просипел Андрей, предвкушая долгожданный кайф.
Она ещё немного поцеловала его плечи, спину, поприжималась горячим обнажённым телом, а затем села, чуть разведя колени, и позвала его:
– Иди ко мне.
Андрей сел напротив неё, снова оглядел обнажённый стан бывшей жены и так же пожалел о разводе. Раньше он мог видеть эту красоту каждую ночь, брать её, когда захочет, а теперь обыденное прежде превратилось в редкость. Ева приблизила своё милое личико к нему и принялась покрывать поцелуями его лоб, нос, щёки, губы, подбородок. Когда её губы с нежностью обхватили его брови, обцеловывая каждую из них по очереди, он вдруг прошептал:
– Я тебя люблю.
Девушка прильнула головой к плечу Андрея, и он поцеловал её волосы. Так они посидели, прильнув друг к другу, наслаждаясь каким-то невидимым соприкосновением тонких вибраций, счастливые в молчаливости. Но в какой-то миг Ева ощутила, как в неё упирается всё ещё крепко отвердевший красивый член Андрея, и к ней вернулось желание подарить ему наслаждение, облегчить накопившееся напряжение. Отстранившись к спинке кровати, она широко развела ноги и поманила его:
– Иди ко мне, садись.
Андрей подполз к ней и устроился между этих раздвинутых ножек, сидя спиной к ней. Ева обвила его руками, ласково пробежала пальчиками по гладкой, без волос, груди, спустилась ниже, приласкала плоский твёрдый живот, и вот наконец он ощутил прикосновения её ручек на своём ждущем агрегате. Как возбуждён он был! Каждое касание её пальцев, бегающих по стволу, щекочущих яички, приближало его к взрыву. Она ещё даже не начала как следует дрочить ему, только обхватила ладошками хозяйство, чтоб подержать, а он уже почувствовал, что подступает.
– Подергай его, – попросил он, не в силах откладывать ещё.
Послушно обхватив член, Ева уверенно заскользила вверх-вниз, а пальцами другой руки поочередно дразнила то головку, то яички Андрея. Ощутив первые сокращения у основания, она заработала интенсивнее, даря ему более яркое удовольствие, и тут же услышала его протяжный стон облегчения. Он выбрасывал своё семя на её предусмотрительно подставленную ладошку, откинув голову назад, отдавшись удовольствию. Когда кончивший член начал слегка увядать, Ева переползла вбок, приблизила своё лицо к его животу и легонько коснулась губами головки, заставив Андрея вздрогнуть, будто от слабого разряда тока. Затем она ненадолго погрузила его удовлетворённую плоть в ротик и высосала остатки спермы, очищая языком уретру и места под кожицей вокруг головки.
– Тебе понравилось? – спросила она, подняв на него ожидающий взгляд.
Вместо ответа он улёгся и жестом показал ей лечь на грудь. Ева послушно выполнила, и вскоре он подарил ей новую порцию приятных ощущений – нежные заигрывания с её золотистыми волосами. Уже почти засыпая, она вдруг пробормотала:
– А мы ведь так и не потрахались.
Андрей улыбнулся и заверил её, что всё ещё впереди, всё произошедшее было лишь встречей долгожданной гостьи, а за постой она отплатит позже.
Загрузка...