Всё началось с дурацкой игры «Правда или действие» год назад. Мы сидели вдвоем, пили вино, и я спросил у Марины: «О чем ты думаешь, когда мастурбируешь? О ком-то кроме меня?» Она покраснела, отхлебнула вина и прошептала: «Иногда… о больших черных членах». Я не осерчал тогда, даже завелся. Мы занялись сексом сразу после этого, он был яростным, как будто эта картинка в ее голове подлила масла в огонь. С той ночи эта тема витала между нами, как невысказанный договор.
Марина – не какая-нибудь разбитная тётка. Тихая бухгалтерша, волосы до плеч, фигура стройная, но не модельная, а самая что ни на есть домашняя. Любит носить водолазки и юбки-карандаши. А в глазах – этот огонек, который просыпается, только когда мы говорим на грани. Я эту грань обожаю.
Новогодний корпоратив в моей IT-компании был тем самым случаем, где грани стирались. Офис украсили, накрыли столы, музыка гремела. Марина пришлась ко двору – скромная, улыбчивая, все хвалили меня за такую жену. А я всё смотрел на двух наших ребят из отдела тестирования – Дениса и Илью. Оба – чернокожие парни, приехали по контракту, здоровенные, с широкими плечами и таким спокойным, уверенным видом, от которого у некоторых девиц из маркетинга подкашивались ноги.
В перерыве между тостами я отвел Марину в сторону, к окну, за которым кружил снег.
«Видишь Дениса и Илью?» – спросил я тихо, обняв ее за талию сзади.
Она кивнула, пригубив шампанское.
«А помнишь свою правду? Про большие черные члены?»
Марина поперхнулась, и по ее шее побежал румянец. «Костя, ну что ты…»
«Я не злюсь, – прошептал я ей на ухо. – Мне интересно. Они тут. Я могу предложить. Просто поговорить. В отдельной переговорке».
Она не ответила, просто смотрела на них широко раскрытыми глазами. Но я чувствовал, как под тонкой тканью ее платья по телу пробежала дрожь. Не от страха. От возбуждения.
«Хочешь?» – выдавил я, и мой собственный член напрягся в брюках.
Она медленно, едва заметно, кивнула.
Подойти к ним было проще простого. Мы с ними были в нормальных отношениях, выпивали пару раз после работы.
«Пацаны, – сказал я, когда мы столкнулись у бара. – Не хотите немного приватности? Отдохнуть от этого шума. У меня бутылка виски в переговорке на четвертом».
Они переглянулись, ухмыльнулись. «А супруга?» – кивнул Илья в сторону Марины, которая стояла в сторонке, сжимая бокал так, будто хотела его раздавить.
«Марина с нами, – улыбнулся я. – Она… любит слушать мужские разговоры».
Денис, который был постарше и проницательнее, медленно обвел взглядом Марину, потом меня. В его взгляде что-то щелкнуло – понимание. Он не был дураком.
«Веди, – сказал он просто.»
Мы шли по пустым, темным коридорам офиса. Шаги гулко отдавались в тишине. Марина шла рядом со мной, ее пальцы вцепились в мой локоть. Я чувствовал, как она вся дрожит. Не сказала ни слова.
Переговорка была небольшой, с огромным столом и мягкими креслами. Я запер дверь на ключ. Звук щелчка заставил Марину вздрогнуть. Я поставил на стол бутылку и три стопки, но никто не потянулся к ним.
«Так в чем дело, Константин?» – спросил Илья, облокотившись о стену. Он смотрел прямо на Марину.
Я взял жену за подбородок, мягко, но твердо, заставил посмотреть на меня. «Расскажи им, Марина. Расскажи, о чем ты мечтала. Что говорила мне прошлым Новым годом».
Она зажмурилась, ее губы задрожали. «Я не могу…»
«Можешь, – сказал я тихо, но так, чтобы все слышали. – Или хочешь, чтобы я рассказал?»
Она открыла глаза. В них стояли слезы. Стыда? Нет. Я знал эту смесь паники и дикого желания. Она облизнула губы.
«Я… я говорила… что представляю… большие… черные члены», – выдавила она, и голос у нее сорвался на шепот.
Денис тихо свистнул. Илья ухмыльнулся во весь рот.
«И что ты с ними представляешь?» – не унимался я, проводя большим пальцем по ее нижней губе.
Марина сглотнула. «Что… что я их сосу. Что они… трахают меня».
Тишина повисла на несколько секунд. Потом Денис тяжело вздохнул и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. «Ну что ж, – сказал он. – Мечты должны сбываться. Особенно в Новый год».
«Встань на колени, Марина», – приказал я, и голос мой звучал грозно.
Она послушалась, опустившись на мягкий ковер. Ее руки беспомощно лежали на коленях. Я стоял сзади, положив ладони ей на плечи. Илья подошел первым. Он расстегнул ширинку, достал свой член. У меня даже дыхание перехватило. Он был огромным, темным, с толстой, пульсирующей веной по всей длине. Он уже был наполовину возбужден.
«Давай, дорогая, – прошептал я. – Покажи ему, как ты умеешь сосать».
Марина медленно наклонилась вперед. Она сначала просто поцеловала головку, нежно, почти робко. Потом облизнула ее, провела языком по щели. Илья застонал, уперся руками в стену. А потом она открыла рот пошире и принялась медленно, с трудом, насаживаться на него. Ее щеки втянулись, губы растянулись в тугом кольце у основания. Она давилась, из глаз текли слезы, но она не останавливалась. Руки ее сами потянулись к его яйцам, стала массировать их. Звук был отвратительный и возбуждающий одновременно: чавканье, ее прерывистое дыхание, его низкие стоны.
Я смотрел, как мой член превратился в камень. Смотрел, как слюна стекает по ее подбородку, как ее губы блестят. Она работала ртом, как проститутка со стажем, то опускаясь глубоко, то отстраняясь, чтобы полизать ствол, пососать яйца. Потом она переключилась на Дениса. У него член был чуть короче, но толще, с огромной головкой. Марина взяла его в руку, а потом принялась вылизывать, смакуя, как будто это было мороженое. Она смотрела на меня снизу вверх, глаза мокрые, полные слез и какой-то животной покорности. Это был самый горячий спектакль в моей жизни.
«Хватит сосать, – хрипло сказал Денис, проводя рукой по ее волосам. – Пора трахаться».
Я помог Марине встать. Ее ноги подкашивались. «Разденься», – сказал я. Она замерла. «Я сказал, разденься. Перед всеми».
Дрожащими пальцами она расстегнула молок на боку платья, стянула его. Потом лифчик, трусики. Она стояла перед тремя мужчинами, голая, пытаясь прикрыться руками. Мы смотрели. Ее грудь, соски, уже твердые, влажную щель между ног.
«Нагнись, – сказал Илья, похлопывая по гладкой поверхности стола. – Рачком. Хочу видеть, как эта белая попка раскрывается».
Марина медленно нагнулась, упираясь локтями в стол. Ее спина выгнулась, упругая попка задрожала в ожидании. Илья подошел сзади, провел своим огромным членом по ее щели, собрав влагу, потом приставил ко входу.
«Смотри, муж, – бросил он мне через плечо. – Смотри, как я трахаю твою жену».
И он вошел. Не с медлительностью, а одним мощным, уверенным толчком. Марина вскрикнула – не от боли, а от шока, от заполненности. Она прогнулась еще сильнее, закусив губу. Илья начал двигаться. Медленно сначала, выходя почти полностью и снова загоняя себя по самые яйца. Звук шлепков кожи о кожу заполнил комнату. Ее грудь раскачивалась в такт его толчкам. Денис подошел спереди, сунул свой член ей в рот, и она с жадностью принялась его сосать, заглушая свои стоны.
Я просто стоял и смотрел. Смотрел, как моя тихая жена превращается в развратную шлюху, которую трахают два черных парня. Смотрел, как ее тело отзывается на каждый удар, как она сама начинает двигать бедрами навстречу, как ее пальцы впиваются в край стола. Илья ускорился, его яйца хлопали о ее промежность. Он стонал, ругался.
«Кончаю, сука!» – рыкнул он и вытащил член. Густая белая струя спермы ударила Марине по спине, по попке, заляпала всю ее кожу.
Не дав ей опомниться, ее место занял Денис. Он вошел в уже готовую, залитую спермой и ее соками киску. Его движения были другими – более глубокими, с размахом. Он заложил ее ноги на свои плечи, приподнял ее и продолжал долбить. Марина уже не сдерживалась. Она кричала. Кричала от каждого толчка, моля его «давай, давай же, сильнее!». Ее тело вздрагивало в преддверии оргазма. А потом он наступил. Ее конвульсии были такими сильными, что Денис едва удержался внутри. Он вытащил член и обкончал ей лицо и грудь. Белые капли пачкали ее ресницы, губы, стекали по щекам.
Они оделись, похлопали меня по плечу, что-то пробормотали про «отличную жену» и вышли, оставив нас одних. В комнате пахло сексом, спермой и потом. Марина все еще лежала на столе, вся в сперме, ее тело вздрагивало редкими судорогами. Я подошел, провел пальцем по ее щеке, собрал каплю спермы и положил ей на язык. Она послушно проглотила.
Я помог ей встать, посадил в кресло. Она не могла говорить, только смотрела на меня огромными глазами.
«Ну что? – спросил я тихо. – Мечта сбылась?»
Она кивнула, и по ее грязному лицу потекли новые слезы. Но в уголках губ дрогнула улыбка. Усталая, постыдная, счастливая.
Мы вернулись в зал, когда уже шли танцы. Марина переоделась в запасное платье из моей сумки. Никто ничего не заметил. Или сделал вид. Она прижималась ко мне во время медленного танца, ее тело было горячим и податливым.
«Спасибо», – прошептала она мне на ухо, и в этом слове была вся вселенная – и стыд, и благодарность, и обещание, что это не в последний раз.
Я обнял ее крепче, глядя на огоньки гирлянд. Новый год только начинался.
Загрузка...