Когда Дима переступил порог ее квартиры, ему показалось, что он переступил порог в другой мир. Арина встретила его в полумраке, одетая в черное кружевное боди, которое облегало ее изгибы и подчеркивало упругость груди и бедер. Комнату наполнил пьянящий аромат сандалового дерева, смешанный с оттенком чего-то более таинственного и манящего.
— Сегодня ночью ты мой, — соблазнительно прошептала она, и ее голос был подобен ласке.
Она не стала дожидаться ответа. Ее руки, умелые и настойчивые, сняли с него одежду, каждый кусочек ткани, упавший на пол, был как шаг к пропасти. Как только он остался обнаженным, она повела его к кровати. Плотная шелковая повязка закрывала его глаза, погружая мир в полную, звенящую темноту. Он услышал тихий звон металла и почувствовал, как мягкие наручники обхватили его запястья. Щелкнули замки. Он был связан. Мое сердце бешено заколотилось в груди, но не от страха, а от головокружительного предвкушения и униженного возбуждения. Он был совершенно беспомощен, распростертый на ее кровати, как добыча, приготовленная для пиршества.
Арина отступила на шаг, наблюдая за происходящим. Его тело было беззащитно в тусклом свете свечей. В ней проснулся демон, хищное, голодное существо, которое наслаждалось своим страхом и беспомощностью. «Посмотри на него, — прошептал голос в ее голове, — он дрожит. Он твой. Возьми себя в руки». Она почувствовала, как между ее ног разливается влажный жар, как по венам разливается пьянящая сила.
Она подошла к столу, где стоял пакет с бельем. Звяканье металла внутри заставило Диму подпрыгнуть. Она бросила на кровать рядом с ним горсть холодных блестящих прищепок с резиновыми наконечниками.
— Тебе страшно, мой дорогой? Ее голос был тихим, но в нем безошибочно угадывались резкие нотки.
Дима не мог ответить, он мог только тяжело дышать. Она подняла первую прищепку. Прохладный металл коснулся его соска, и он ахнул. Затем — щелк! Острая, жгучая боль пронзила его грудь, заставив мышцы живота напрячься. Она помолчала, восхищаясь его реакцией, прежде чем прикрепить вторую. Две острые, сладкие боли пронзили его грудь, посылая электрические разряды прямо в пах.
Она наклонилась, и ее горячий, влажный язык нежно лизнул воспаленную кожу вокруг прищепки. Контраст между острой болью и гладким, скользящим языком был ошеломляющим. Дима застонал, когда его и без того твердый член уперся ему в живот. Он чувствовал себя одновременно униженным и невероятно возбужденным. Волна стыда залила его лицо, когда он осознал свою реакцию.
Арина, демон внутри нее, требовала большего. «Слишком нежно. Он должен знать, что ты держишь себя в руках». Она вытащила прищепки одним быстрым движением. Кровь снова прилила к соскам, и новая волна тупой, ноющей боли захлестнула ее. Она не дала ему шанса прийти в себя. Ее рука опустилась ниже и обхватила его тяжелые яйца. Она осторожно, но твердо развела их в стороны и прижала две прищепки к нежной коже его мошонки. На этот раз боль была другой — глубокой и давящей, отдававшейся в нижней части живота. Дима выгнул спину, но путы удерживали его на месте. Он разрывался между удовольствием и болью.
Ее губы сомкнулись на его члене. О, он был огромным и твердым, горячим и пульсирующим в ее руке. Она провела языком по его венам, обводя головку, чувствуя, как он дрожит от ее прикосновений. Она взяла его глубоко в горло, и ее плоть заглушила его крики. Она сосала медленно, дразняще, чувствуя, как он приближается к краю, каждый раз останавливаясь и оставляя его в напряжении. Его стоны были музыкой для ее внутренних демонов.
— Теперь самое интересное, — прошептал голос. — Пусть он знает, кому принадлежит его тело здесь.
Она вынула его член изо рта и схватила бутылочку со смазкой. Холодный гель покрыл ее пальцы. Она раздвинула его ноги, инстинктивно пытаясь их сомкнуть, и провела пальцем по его анусу. Он замер, каждый мускул напрягся. Он испугался. Это был последний рубеж.
— Расслабься, — прошептала она. — Прими меня.
Она медленно и с невероятной нежностью ввела в него палец. Он вздрогнул, когда его тело воспротивилось, но затем сдалось. Она добавила второй палец, растягивая и возбуждая его. А затем вставила анальную пробку из черного стекла с заостренным концом. Медленно она вставила ее. Дима почувствовал, как его тело раздвигается, наполняясь инородным предметом, и это ощущение было таким сильным, унизительным и возбуждающим одновременно, что у него закружилась голова. Пробка встала на место, и он почувствовал постоянное давление, напоминающее ему о его полном подчинении.
Арина осталась довольна. Она подняла трубку телефона. Щелчок. Вспышка осветила его лицо, искаженное стыдом и страстью. Он вздрогнул от звука и осознания того, что она записывает его унижение. — Ты такой красивый, когда ты мой, — сказала она, и ее голос был полон торжества.
Она уронила телефон и отодвинулась от него, нависая над его телом. Она взяла его пенис и направила его к своему отверстию. Она была влажной и готовой, изголодавшейся по нему. Она медленно опустилась на него, и он полностью вошел в нее. Ощущения были невероятными — его твердость внутри нее, давление пробки в его заднем проходе, прищепки на его яичках. Она начала двигаться, сначала медленно, затем быстрее и настойчивее. Она скакала на нем, как дикое животное, ее груди подпрыгивали, волосы развевались. Она использовала его тело для достижения своего удовольствия, и это было похоже на самый мощный афродизиак.
Он чувствовал, что вот-вот кончит. Боль, унижение, влажность ее влагалища, зрелище того, как она теряет контроль над собой, — все это смешалось в одном взрывном ощущении. Он почувствовал приближение оргазма и с громким криком достиг кульминации, изливаясь в нее долгими, интенсивными толчками.
Ее собственный оргазм волной захлестнул ее — ее тело сжалось, она вскрикнула, и ее внутренние мышцы сжались вокруг его члена, извлекая из него последние капли.
Она рухнула на него, тяжело дыша. На несколько минут в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только их стонами. Затем она встала и сняла повязку с его глаз. Он заморгал от яркого света. Первое, что он увидел, было ее лицо, сияющее удовлетворением, и глаза, наполненные не только любовью, но и тенью демона, который только что овладел ими обоими. Она улыбнулась, обещая и предупреждая.
Загрузка...