Зачет

Коридор был еле освещен, если только за свет могла послужить единственная рабочая лампочка в самом его конце. В окна то и дело тарабанил дождь, как будто пытаясь пробить броню, а ветер как мог помогал ему в этому. Улица была почти темная, вероятно из-за ужасной погоды, фонари периодически мерцали.

Девушка сидела на лавке ожидая своей очереди, совершенно одна. Ее большая толстовка была размером с ее волнение. “Пересдача” — само слово навевало невозможную грусть и тоску. Волосы влажные от дождя прикрывали лицо полностью, которое вероятно смотрело вдаль. Ее волнение было не сколько из-за пересдачи предмета, который она не то что не понимала, ненавидела! А сколько из-за преподавателя у которого была эта пересдача. Он перешел в этот университет всего несколько месяцев назад, но ей было сложно привыкнуть к его пронзительному и притягательному взгляду.

Дверь распахнулась, мужчина поздоровался и жестом провел студентку в кабинет. Преподаватель зашел и вальяжно присел на свое кресло. Закинув ногу на ногу, он посмотрел на студентку и со вздоха начал расспрашивать материал. Он расстегнул пуговки на рукавах рубашки и принялся слушать неумолимое “Поставьте три, я обещаю, я исправлюсь…” Он крутил ручку то в одной руке, то второй, прикусывал нижнюю губу и пристально смотрел за реакцией девушки. Ее лицо покрылось краской от его строгого взгляда и гибкости пальцев. Было неуютно, было не по себе, страшно и непонятно. Он видел ее всего пару раз, но с самого начала было понятно — этот экземпляр заслуженно будет в его коллекции. Он протянул ей листок и ручку, за пару минут она должна сделать этот гребаный тест, и только тогда сможет закрыть все пропуски. Девушка послушно кивнула и принялась за выполнение, как ей казалось простого задания*.

Мужчина подошел сзади, пока она делала вид, что думает и что-то черкала на листе. Он легким прикосновением и так небрежно прикоснулся к ее мягким и все еще влажным волосам. Он чувствовал ее запах, ее страх, ее мурашки. Глаза приобрели неестественный блеск, словно вампир он впитывал все ее эмоции. Кончиками пальцев он провел по ее длинной и бархатной шее. Взгляд полный наивности и страха посмотрел на него, он улыбнулся. Бугорок на его ширинке говорил об одном, он хочет ее, безумно хочет ее взять, связать всеми возможными любовными сетями и трахать до тех пор, пока она не будет кричать, как сучка от наслаждения и пока он не кончит в ее тугую попку… А не кончать он к слову, может долго. Но больше всего ему хотелось почувствовать ее губы на вкус.

Его сердце билось все чаще, он ладонью повернул ее лицо к себе и жадно впился в ее губы. Настолько жадно, что казалось этот поцелуй будет длиться дольше, чем любой секс во взрослых фильмах. Ее тело покрылось приятными до боли мурашками, сердце бешено колотило, а в низу живота приятно заныло. Страх улетучился, она безумно хотела его.

Мужчина медленно стянул с девушки толстовку и он просто ошалел от красоты, которую видел перед собой. Ее тоненькая майка полностью обтягивала упругую грудь, а соски торчали желая его ласк. Быстрым движением он снял с нее майку и впился в женскую грудь. С некой периодичностью он использовал то руки, то язык. Он трогал ее грудь, сжимал, впивался в нее, облизывал соски, покусывал… Ее чувствительность была повышена как никогда. От одного прикосновения к груди, ее сердце вырывалось, как и стоны с ее уст. Расстегнув рубашку он прислонился к груди, целуя ее губы. Они слились в одно целое. Его горячее тело, его сердце, его губы заставляли ее возбуждаться все больше. Его рука опустилась ниже, он нащупал маленький бугорок и прочувствовал все соки на ее тонких трусиках. Она горела, она умоляла, ей хотелось почувствовать его в себе.

Ее рука была машинально отвергнута от его ширинки, а она уже лежала на его коленях повернута попой вверх. Он поднял ее юбку и стянул мокрые белые трусики. Перед его взором открылось самое тайное, сокровенное… Он с нежностью погладил ее бедра, гладил ее попу. Шлепок! И еще один! Девушка вскрикивала, а красные следы от его руки возбуждали его еще больше. Он облизал свой палец, и сделал то, чего кажется она ждала вечность. Он скользил им по промежности девушки, обхватывал ладонью ее пухлые губки, а она то и дело сладко постанывала. Ее щеки были красными, а ее глаза горели… Она хотела. Его сердце бешено колотилось от взгляда на нее, от того, какая она мокрая от него, от того, что она только его. То один, то два пальца входили в нее, а клитор издавал сильнейшие пульсации. Она кончила. Ее тело извивалось, все тело стало настолько чувствительным, что много эмоций переполняло ее. С ее глаз покатились несколько слезинок.

Он почувствовал как тепло с неимоверной скоростью разливается по его телу, как ширинка брюк мешает его члену вырваться наружу. Он усадил девушку перед собой, сев как можно удобнее в кресло и наконец освободил себя. Он крепко взял ее за волосы и засунул ей член так глубоко в ротик, насколько это было возможно. С ее глаз вновь потекли слезы, слезы наслаждения. Он был таким горячим, таким большим, она облизала головку его члена, его смазка была словно глотком воздуха. И теперь сама кайфуя от происходящего девушка взяла его полностью. Его дыхание с каждой секундой становилось все более учащенным, он двигался все вперед и вперед. Необыкновенное ощущение его накрыло полностью, оно разлилось по всему его телу мурашками и покалываниями. Сознание было так отуманено, что он даже не понимал всего, что происходит вокруг, хотя вряд ли он хотел все понимать. Она проглотила все, до последней капли. Если он и был тем, кто пожирал эмоции, то она была той, кто пожирает его всего. Она выполнила свое задание*.

Ее руки и колени тряслись, не долго думая она села ему на колени и одарила его объятиями. Он обнял ее в ответ, весь истощенный, счастливый и все еще вне понимании… “Как она, могла довести его до такого оргазма? Совсем обыкновенная глупая девчонка! Необыкновенная…”

Он обхватил ее тонкую талию и вдыхал аромат ее волос, она пахла сексом и…*

За окном уже совсем стемнело, а обнаженная девушка все также обнимала его. Она чувствовала его всего, как и чувствовала его страхи, его мысли. Совсем скоро на учебу придет вторая смена, хотя им было так все равно. Все равно на весь мир, на всех. Они были в объятиях, они до сих пор были одним целым, их поцелуи уже были не грубыми, он не впивался в нее, а целовал с некой нежностью.

Темный коридор уже был не таким темный, он был освещен ими. Хотя шли они так, словно он просто преподаватель, а она просто студентка. Но их взгляды… Она смотрела на него так, как будто он особенный. Словно это первый настоящий мужчина в ее жизни и в постеле.

Но… его коллекция пополнена. В его голове множество мыслей то разлетались, то соединялись во что-то единое. Он и сам не понимал о чем он думал, ему то и думать сейчас не хотелось. Коридор, который длился в вечность окончен… Он расправил зонтик, достал сигарету и нервно закурив не пошел, а полетел по мокрому асфальту.

Она лишь озадаченно посмотрела ему вслед. Ей не надо ничего делать, не надо останавливать его и тем более бежать за ним. Оценка отработана, желать чего-то еще бессмысленно. Она такая же, как и те, кто был с ним раньше. Темная фигура скрылась за поворотом, а с ее глаз потекли ненавистные слезы, юношеский максимализм и необдуманные поступки берут верх. Она со скоростью света, каким она и была, вырывается вперед и бежит так быстро, как это возможно в надежде, что он еще не уехал.

“Да! Да! Да!” — проноситься штормом в его голове, он прижал ее к себе так крепко, как только мог. И лишь одна фраза застыла в его сознании “Если это коллекционная кукла, то только моя, и только в единственном экземпляре”…