У каждой женщины должна быть тайна. И чем строже она охраняется, тем слаще её появления на свет. Вполне возможно, что именно отголоски маленького грехопадения являются той самой изюминкой, делающей женщину привлекательной в глазах окружающих.
Громкая, пробирающая до костей музыка, мелькание лазеров и стробоскопов, гул десятка голосов и извивающиеся на танцполе людские тела. На одном из диванов приват-зоны компания троих мужчин планомерно спаивала очередную жертву. Молодая женщина уже потерялась от жара мужского тела, соблазнительных улыбок и невинных ласк, разжигавших воображение. Компания перебралась в квартиру. Благодаря гулявшему в крови алкоголю, она не придала значения тому, что в квартиру кавалера, кроме неё вошли ещё двое его приятелей. И лишь когда губы мужчины переместились на шею, а руки проникли под блузку, она заметила что от юбки её избавляет вторая пара рук, а сзади прижимается кто-то еще. Взгляд метнулся по комнате, выхватив сидящего на диване третьего участника их маленькой вечеринки. Он с жадностью смотрел на получившийся бутерброд, лаская почти вставший член. В тот же момент ей зажали рот и проникновенно зашептали на ухо:
«Лучше не дергайся, сучка. Обслужишь и можешь валить откуда пришла. Будешь орать и не сможешь вернуться домой». В бок уперлось что-то холодное — «Всё поняла?» Кивни, если поняла. — женщина испуганно закивала, в глазах блеснули слезы. Громко стучало испуганное сердце, реальность расплывалась перед глазами.
От шока, что все это происходит именно с ней, все последующее слилось в один кошмарный калейдоскоп. Вот ее бросают на диван, попутно освобождая от оставшейся одежды, чьи-то руки оглаживают ее, теребят соски и проникают пальцами между ног. Потом её вертят как безвольную куклу, заставляя принять удобную им позу, больно и обидно шлепая за малейшее неподчинение. И не дают забыть про холодную сталь, все время мелькающую перед глазами, как напоминание о недавних угрозах.
Саднящее чувство во время первого насильственного проникновения, её еле сдерживаемые рыдания и сильная пощечина, полыхнувшая неожиданной болью: «Ну же, сука, двигайся!» — свой животный страх она не забудет никогда, как и постыдные попытки, подчиняясь, избежать боли. От собственных переживаний она чуть не упустила момент, когда беспощадные пальцы начали разминать колечко ануса, подготавливая к болезненному соитию. Она закусила пальцы от боли лишь бы не закричать при резких и коротких толчках далеко не маленького члена в анальном отверстии. Не дав толком продышаться, ей шлепками напомнили о необходимости двигаться, ублажая уже двух насильников. Цепкие пальцы третьего зафиксировали подбородок, заставляя шире открыть рот.
Сколько это продолжалось, она точно не запомнила. Помнила только удушающее чувство стыда, бессилия и жаркие волны наслаждения, разливавшиеся от бедер по всему телу. Грубые ласки и щипки, расцвечивающие нежную кожу женского тела. Свое загнанное, сбитое дыхание после ослепительно яркого оргазма. И истому, плавившую кости и сворачивающую кровь. Уже возле двери молодая женщина повернулась к провожающему её мужчине, порылась в сумочке и протянула плотный белый конверт: Вот тут как обычно, за труды ваши праведные, мальчики.
Вы сегодня хорошо постарались. Надеюсь чаевые вам понравятся. Спасибо, Вероника Сергеевна. С вами всегда приятно работать.- и в легком полупоклоне едва обозначил поцелуй, приложившись к ручке, державшей конверт. Женщина лишь усмехнулась и легкой походкой выскользнула из квартиры. Её маленькая пикантная тайна грела душу наравне с майским солнцем.
Загрузка...