Первый минет от любимой

Я, Андрей, мне 20 лет, сидел я как-то на диване в своей комнате и пялился в потолок. Хуй стоял, как столб, а в голове крутилась одна мысль: как, блин, уговорить Машку, мою девчонку (ей 19 лет), на что-то большее, чем обнимашки и поцелуи? Мы с ней встречались полгода, и всё было заебись — она классная, смешная, с длинными русыми волосами и попкой, от которой я сходил с ума. Но вот беда: Маша была девственницей и пиздец как боялась всего, что связано с сексом. «Я не готова, Андрюш, давай подождём», — твердила она, а я, чёрт возьми, уже устал дрочить по три раза в день. Мне хотелось её, хотелось так, что яйца болели, но я не знал, как подступиться. Минет — вот что я хотел для начала. Без всякого там «в попку» или «давай трахаться». Просто, блин, чтоб она взяла в рот и сняла это напряжение.

Сегодня она пришла ко мне домой — родители свалили на дачу, и я решил, что это мой шанс. Я уже неделю обдумывал, как её уговорить, но каждый раз ссал, что она обидится или вообще бросит. Но я больше не мог терпеть. Надо было действовать.

Маша сидела рядом на диване, листала тик-ток и хихикала над какими-то мемами. На ней была короткая юбка и белая футболка, через которую просвечивали соски — она, как всегда, не надела лифчик, и это меня добивало. Я смотрел на её ноги, на то, как она закидывает одну на другую, и чувствовал, как хуй в джинсах снова начинает рвать ткань.

— Маш, давай фильм посмотрим? — предложил я, чтоб как-то начать. Она кивнула, и я включил какой-то ромком на нетфликсе, даже не вникая, что там. Мы прижались друг к другу, и я положил руку ей на бедро. Она не отстранилась, только посмотрела на меня своими глазищами — зелёными, как у кошки.

— Андрей, ты чего такой напряжённый? — спросила она, и я понял, что она чувствует мой стояк через джинсы. Чёрт, надо было что-то говорить.

— Маш, я… блин, я тебя хочу, — выдавил я, и щёки у меня загорелись. Она покраснела, опустила глаза.

— Ты же знаешь, я не могу… я боюсь, — пробормотала она, и я чуть не завыл от злости. Опять это «боюсь»! Но я решил не сдаваться.

— Слушай, я не про секс, — сказал я, хотя, блин, врал. — Просто… ну, может, ты мне… в рот возьмёшь? Это же не страшно, а мне пиздец как надо.

Она замерла, как будто я ей предложил прыгнуть с моста.

— Андрей, я… я не знаю, как это… — начала она, но я видел, что она не злится, а просто в шоке. Я решил давить дальше.

— Маш, я ж не заставляю. Просто я с ума схожу, дрочу каждый день, а ты рядом, такая красивая… Давай попробуем, а? Если не понравится, остановимся.

Она молчала, теребя край юбки, и я думал, что всё, пиздец, сейчас уйдёт. Но она вдруг кивнула, еле заметно, и прошептала:

— Ладно… но я не умею…

Я чуть не заорал от радости, но сдержался. Включил свет потише, чтоб ей было не так стрёмно, и потянул её к себе. Мы начали целоваться — она всегда целовалась охуенно, с языком, как будто хотела меня проглотить. Моя рука скользнула под её футболку, и я сжал её сиську — маленькую, но твёрдую, с торчащим соском. Она застонала в мой рот, и я понял, что она тоже завелась, хоть и боится.

— Маш, давай я тебя раздену, — шепнул я, и она не возражала. Я стянул с неё футболку, потом юбку. Она осталась в белых трусиках, и я видел, как они промокли между ног. Чёрт, она текла, хоть и девственница! Я хотел засунуть руку туда, но решил не спугнуть — сегодня только минет, Андрей, не борзей.

Я расстегнул джинсы, и мой хуй выскочил, как пружина. Маша ахнула, уставившись на него. Он у меня не порно-размер, но приличный, с толстой головкой, и я видел, что она в шоке.

— Андрей, он… большой, — пробормотала она, и я ржал про себя. Ну да, для девственницы, поди, любой хуй — монстр.

— Ничего, Маш, просто лизни для начала, — сказал я, стараясь говорить спокойно. Она кивнула, опустилась на колени перед диваном, и я, блин, чуть не кончил от одного вида — моя Машка, на коленях, с голыми сиськами, смотрит на мой стоячий хуй.

Она наклонилась, её волосы упали на лицо, и я почувствовал, как её губы коснулись головки. Это было, как заряд тока через всё тело. Она лизнула, робко, как котёнок, и я застонал:

— Да, Маш, вот так, бери глубже.

Она попробовала взять в рот, но сразу закашлялась — не рассчитала. Я положил руку ей на затылок, слегка направляя.

— Не торопись, просто соси, как леденец, — сказал я, и она начала, медленно, неумело, но, бляя, это было охуенно. Её губы скользили, язык тёрся о головку, и я чувствовал, как слюни текут по моему хую. Она старалась, и это заводило ещё больше.

Я смотрел, как Маша сосёт, и не верил своему счастью. Моя девчонка, которая боялась даже слова «секс», заглатывала мой хуй, и, ДА, ей это нравилось! Она начала стонать, её рука скользнула к своим трусикам, и я увидел, как она тёрла себя там. Это был пиздец — она мастурбировала, пока сосала мне! Я не выдержал, схватил её за волосы и начал насаживать глубже. Она давилась, но не останавливалась, её глаза слезились, но в них был какой-то огонь.

— Маш, я ща кончу, — прохрипел я, чувствуя, как всё сжимается. Она замерла, но не отстранилась, и я не стал её предупреждать. С рыком я кончил, прямо ей в рот, и спермы было столько, что она закашлялась, часть потекла по подбородку. Она пыталась глотать, но не всё получилось, и я смотрел, как моя сперма капает на её голые сиськи. Это было красивее любой порнухи.

Маша отстранилась, вытирая рот, и посмотрела на меня с какой-то смесью стыда и гордости.

— Андрей… я… нормально? — спросила она, и я ржал, притянув её к себе.

— Маш, ты богиня, — сказал я, целуя её в губы, чувствуя вкус своей спермы. Она покраснела, но улыбнулась, и я знал, что она тоже кайфанула.

Мы легли на диван, обнявшись. Фильм всё ещё шёл, но мы его не смотрели. Маша прижалась ко мне, её сиськи тёрлись о мою грудь, и я чувствовал, как хуй опять шевелится. Но я решил не наглеть — для первого раза и так пиздец как круто. Она молчала, потом шепнула:

— Андрей, я боялась, но… мне понравилось.

Я ухмыльнулся, погладил её по попке.

— Маш, это только начало. Мы ещё много чего попробуем, — сказал я, и она хихикнула, уткнувшись мне в шею.

Мы валялись до полуночи, болтая всякую херню. Я рассказал ей, как дрочил, думая о ней, и она смущенно смеялась, но потом призналась, что тоже мастурбировала, представляя меня. Чёрт, я чуть не умер от кайфа, когда это услышал. Она всё ещё была девственницей, но я знал, что мы на пути к большему. Минет — это только начало.

Прошёл месяц, и Маша стала смелее. Она уже не боялась брать в рот, и каждый раз, когда мы оставались одни, я уводил её в спальню, и она сосала, как профи. Мы пока ещё не дошли до секса — она всё ещё ссала, но я не торопил. Мне хватало её губ, её языка, её стонов, когда она кончала от моих пальцев. Я смотрел на неё, мою Машку, и думал: чёрт, а я определенно везунчик. Она была моей, и я знал, что рано или поздно она даст мне всё. А пока я наслаждался каждым минетом, каждым её «Андрей, я хочу попробовать ещё». Блин, это было лучше, чем дрочка в соло. Намного лучше.